– Малыш, – сказал Фериус, – у тебя около трех секунд, чтобы принять решение.
Шелла бросила на нее презрительный взгляд.
– Ты, должно быть, сошла с ума, аргоси, если думаешь, что брат навредит мне. – Она подошла и взяла меня за руку. – И не важно, в какую бессмыслицу он верит.
Она всегда полагала, будто знает меня лучше, чем я сам. Но Шелла ошибалась. Она понятия не имела, как хотелось мне сейчас сбросить ее руку и кинуть в воздух порошки – просто чтобы посмотреть на ее лицо, когда они соединятся и я произнесу формулу. Может, у меня меньше магии, чем у Шеллы, но я быстрее. Я мог бы превзойти ее. И убить.
Внезапно, без предупреждения, Черная Тень поглотила меня. Комната, башня, весь город – исчезли. Я вернулся в пустыню ониксовых песков, где царила непроглядная тьма и где тем не менее я отлично видел. Люди в комнате превратились в теневые копии самих себя. А Шелла оказалась двумя разными существами. Одна девушка с жестокой улыбкой на губах восторженно наблюдала за тысячами мужчин и женщин, прикрепленных за веревочки – точно марионетки – к ее пальцам. Вторая же девушка обращалась к кому-то – далекому, невидимому, стоящему за моей спиной:
– Пожалуйста! Не заставляй меня делать это! – кричала она снова и снова.
– Малыш?… – Голос принадлежал Фериус Перфекс. Но не той Фериус, что стояла у кромки черной воды, глядя на океан. – Парень, ты должен вернуться! Сейчас же!
Почему это так важно? Я здесь один, как и все остальные. Если я просто останусь в черной пустыне, мир, возможно, позабудет обо мне. Может, тогда мне не придется причинять боль собственной сестре.
– Келлен, не надо! – Крик Шеллы раздался из неимоверного далека. А ледяной взрыв в правом глазу встряхнул меня до печенок.
И внезапно я вернулся в комнату. Яркий свет фонарей ослепил меня…
«Это не фонари! – понял я слишком поздно. – Это вспышка от моих порошков!»
Черно-красное свечение только начало разгораться, а магический жест был направлен в сердце моей сестры. Я ощущал, как слово заклятия вибрирует на губах, и уже не мог остановиться…
Неизбывная печаль на лице Шеллы – вот что поразило меня. Ударило с дикой силой, словно заклятие железной магии. И я успел переместиться, чтобы спасти сестру.
Взрыв проломил стену башни, пробив в ней брешь такого размера, что сквозь нее могла пройти лошадь со всадником.
По воздуху мимо меня проплыла прядь волос Шеллы – золото, ставшее черным пеплом.
– Кто… Кто ты? – спросила она. В ее голосе звучало искреннее недоумение. Словно несколько секунд она и впрямь не узнавала меня.
Фериус тоже казалась озадаченной. Правда, даже это не мешало ей приглядывать за двоими магами, дабы отследить, если те вздумают нападать.
– Келлен, – медленно произнесла аргоси. Так, словно мое имя было ей не знакомо. – Это Келлен.
– Нет, – сказал Хет-эмад. Его пальцы сложились в жест связывающего заклятия. – Он не Келлен.
Серый свет вырвался из татуировки железа на его предплечье и превратился в сверкающие нити. Они вмиг обмотались вокруг наших шей, удерживая нас в неподвижности. Старый маг отлепился от стены и посмотрел на дело своих рук, а потом приблизился к Фериус. Он осторожно взял стальную карту, убрав ее от горла Дальвена, и подошел ко мне.
Хет-эмад сжал карту между большим и указательным пальцами и приложил режущий край к моей левой глазнице.
– Его имя – Черная Тень.
Казалось бы: после того что я тут устроил, моя сестра будет рада посмотреть, как Хет-эмад выколет мне глаз. Но Шелла схватила мага за руку, повиснув на нем. Ее тонкая фигура забавно смотрелась рядом с его – высокой и массивной. Казалось: Шелла пытается залезть на дерево.
– Я – глава посольства нашего клана! – Шелла говорила так внушительно, как только могла, своим дрожащим голоском. – И я решу, что делать с моим братом!
– Нет, – ответил старый маг. – Больше я не буду слушаться приказов ребенка.
Что-то вдруг изменилось в Хет-эмаде. Он пристально смотрел на черные отметины вокруг моего глаза – без следа гнева или злобы. Теперь в его взгляде была только решимость. Речь шла уже не о ненависти ко мне, а, скорее, о священном долге. Он должен был избавить мир от опасности. От проклятия, терзавшего его народ. Хет-эмад был теперь героем, а я – чудовищем. Острый край карты вонзился в мою кожу. Фериус по-прежнему стояла, привязанная за шею железной нитью мага. Дальвен наблюдал за ней, выравнивая дыхание, готовя для нее какое-то заклинание. Без сомнения – очень и очень неприятное.
– Лорд-маг Хет-эмад! – крикнул Шелла. – Ты выслушаешь меня!
Свет мерцал на ее татуировках огня и железа, но искры гасли так же быстро, как и появлялись.
– Страх трудно проглотить, не так ли? – сказал Хет-эмад, не сводя с меня взгляда. – Он прилипает к горлу, душит наши заклинания. Заставляет руки дрожать, и они больше не могут творить магические жесты. С опытом становится проще, но именно опыта тебе и не хватает, девочка. Нет, я не буду тебя слушать. И с этого момента я – руководитель нашей миссии в Гитабрии.
– Мой отец…
– Новый Верховный маг клана не кажется слишком сентиментальным.
