– Ты не понимаешь! У девушки из Гитабрии слишком старый червь. Если ты уничтожишь браслет, шок может убить ее. Используй его, чтобы вытащить червя из глаза. Для нее меньше риска, и будет не так больно.
Я опустился на колени и поднял браслет из оникса. Половина обсидианового червя скользила в толще полупрозрачного камня, словно плавала в масле.
– Келлен, пожалуйста, поверь мне. Все не то, чем кажется. Ты ведь можешь уничтожить браслет и потом, когда вылечишь девушку.
Не дожидаясь моего ответа, Шелла снова обернулась к Завере.
– Я – посол джен-теп, сервади. Между нашими государствами есть давний договор. Меня нельзя арестовать, если не аннулирован мой дипломатический статус. А это требует предварительного уведомления совета лорд-магов. Как ты думаешь, что ответят джен-теп, узнав, что ты отволокла меня в тюрьму, словно уличного мальчишку, укравшего краюху хлеба?
Завера подала знак двум своим офицерам. Они принесли массивные медные кандалы, обмотанные во много слоев тонкой – явно магической – проволокой. Кандалы Завера надела на запястья Шеллы.
– Никто тебя не арестовывает, посол. А всего лишь задерживает. Тебя проводят в… гостевой дом, положенный тебе сообразно с твоему высокому статусу.
– Нет! – прошептала Шелла. – Только не Нотия-Верас!
– Ты джен-теп, – сказала контрразведчица. На ее невозмутимо-каменном лице мелькнуло презрение. – Ты считаешь себя такой особенной из-за своей магии. Вы всегда угрожаете нам. Вечно смотрите сверху вниз. Как это вы нас называете? «Трудяги и торговцы»? Возможно, так и есть. Но еще мы – исследователи и ученые. Если мы не можем чего-то понять, это заставляет нас искать ответы. Эти узоры, которые тебе нарисовали в детстве на твоих милых ручках – они чудесны. Мы не можем постичь их и воспроизвести. Вот потому-то мы усердно ищем способы противостоять им.
Дальвен, опустившийся на колени у тела Хет-эмада, поднял глаза. Ничто так не ужасает джен-теп, как угроза лишиться магии. И я невольно восхитился его присутствием духа, когда он воскликнул:
– Этот плен не продлится долго, гитабрийка! Как только я найду способ освободиться – клянусь: ты будешь страдать сильнее, чем можешь хотя бы представить!
Завера обернулась к Фериус.
– Вот видишь, с чем приходится иметь дело? Угрозы, угрозы… – Она вздохнула. – Так или иначе, даже торговцы знают, что служба родине порой требует жертв.
– Не надо, – сказала Фериус. – Мальчишки вечно выпендриваются. Просто огонь души – вот и все.
– Огонь души? Хороший выбор слов для аргоси. В конце концов, что следует за путем Ветра?… Ах, теперь вспомнила. – Завера чуть приобняла Дальвена за шею. – Путь Грома. Не так ли?
Я не успел заметить, как она вытащила кинжал из-за манжеты. Кровь хлынула из горла Дальвена, заливая одежду, и он тяжело осел на пол.
– Нет! – крикнула Фериус. – Я не допущу больше убийств!
Она кинулась на Заверу. Охранник, стоявший возле меня, начал поднимать копье. Я толкнул его в плечо и выхватил порошки – надеясь, что взрыв отвлечет остальных, пока Фериус не управится с Заверой. Я как раз собирался кинуть их, когда контрразведчица рявкнула:
– Оставь порошок! Или она умрет!
Я обернулся – и похолодел. За время нашего знакомства с Фериус Перфекс я не раз видел, как она сражается против магов, солдат, бандитов – и кого угодно еще. Я видел, как она дерется против превосходящих сил противника. Я видел ее раненой и обессиленной. Но вот чего я не видел никогда – чтобы кто-нибудь одолел ее.
Одной рукой Завера держала Фериус за шею. Во второй у нее был клинок – такой тонкий, что больше напоминал иглу. И клинок этот был прижат к виску Фериус.
– Главная изобретательница Гитабрии особо подчеркивала, что не следует портить никого из вас необратимо. Она была весьма настойчива в этом пункте, – сказала Завера без следа раздражения или гнева. – Я бы предпочла сдержать слово.
Я разжал пальцы и порошки упали на пол. Завера выпустила Фериус. Я видел, как подергиваются пальцы моей наставницы, а это значило, что она готовится сделать свой ход. Очевидно, Завера тоже это поняла. Она выпустила стилет и впечатала кулак в бок Фериус – в незажившую еще рану, полученную в пустыне. Следующий удар – ребром ладони – пришелся Фериус в горло. Она повалилась на пол, натужно кашляя.
Завера замахнулась ногой, собираясь пнуть Фериус в живот. Что-то в ее глазах подсказало мне, что она и на этом не остановится. И тогда я сказал нечто глупое.
– Она не такая, как ты.
Контрразведчица посмотрела на меня, все еще стоя на одной ноге. В ее взгляде мелькнуло любопытство.
– Да?
Я кивнул.
– Не важно, что ты с ней сделаешь – Фериус не уподобится тебе. Она не станет искать возможности причинить тебе боль. Или отомстить.
– А ты, меткий маг? Будешь ли ты искать меня и пытаться мстить за свою наставницу?
Я медленно вдохнул и закрыл глаза. Я помнил, где стоит каждый человек в комнате. Завера. Фериус. Шелла. Офицеры в магических доспехах и офицеры с огненными копьями. Я знал, кто рядом со мной и чье оружие нацелено на меня. И знал, как устроить один хороший взрыв, прежде чем они меня достанут. Открыв глаза, я сказал:
