— Богдан сам мне дал орудие убийства, — и я протянула ему заметно уменьшившийся кусочек болотной руды, который отдал нам Кузьмич. — Мне сложно объяснить тебе словами, насколько этот кусочек важен для механики. Из него делают детали, без которых не ходят паровозы, на которых держатся системы отопления, освещении и водоснабжения и еще очень-очень много важного, в том числе и основную деталь для очистки воздуха на копях. Очиститель — своего рода фильтр, поглощающий насыщенный ядовитыми испарениями воздух и возвращающий его чистым и абсолютно безвредным. Весь яд впитывает, как губка деталь из болотной руды. Ее хватает обычно на два-три месяца, плюс — минус неделя, в зависимости от концентрации яда в воздухе. Есть сектора, в которых очиститель работает и полгода, а есть и такие, в которых его хватает на месяц. Как я предполагаю, Брагара должен был сделать новую деталь и заменить старую, отслужившую свое. Он все сделал правильно и не ошибся, как посчитали следователи префектуры… Просто он не знал, что работал с испорченной рудой. В этой руде находится примись какого-то вещества и даже со своим зрением, я не сразу заметила мелкие черные крошки едва переливающиеся под прямыми лучами света. Профессор понял, что с рудой что-то не так, но он не мог этого увидеть… А я увидела. Перед работой ему специально подсунули испорченный материал, потому что испугались, что он может докопаться до истины. Деталь из такой руды работает ровно пятнадцать минут, а потом ломается, если этот процесс можно так назвать. Она даже выглядит после этого, как старая, вышедшая из строя из-за амортизации. Неудивительно, что следователи посчитали смерть Верковена несчастным случаем. Они просто подумали, что он по ошибке перепутал детали и вместо новой поставил в очиститель старую. Он умирал там один… мучительной и страшной смертью и тот, кто это подстроил, прекрасно об этом знал.
По мере того как я объясняла Шэйну истинную причину смерти своего профессора, во мне просыпалось чувство злости. Мне хотелось прямо сейчас встать и разорвать собственными руками того, кто это сделал вместе с этим «В». А еще было невыносимо противно от собственной беззащитности и слабости. «В» знает о нас все, а мы о нем ровным счетом ничего. Он причиняет столько горя, а я успеваю всего лишь чуть-чуть приостановить его планы. Такое ощущение, что внутри копошится комок слизких ледяных червей, отравляющих все, к чему прикасаются. И даже горячий кофе не помог избавиться от этого надуманного, но все же, такого реального чувства.
— Как ты поняла, что дело в этой детали?
Шэйн давно допил свой напиток, отставив кружку в сторону, и сидел в небрежной расслабленной позе, свесив руки с согнутых в коленях ног.
— Я разобрала очиститель, тщательно проверяя каждую деталь, а потом увидела, что не хватает основной. Так как у меня не было никакой другой руды, кроме той, что дал Кузьмич, пришлось работать с ней. И как результат, я узнала не только причину смерти Брагара, но и в чем заключались махинации с рудой.
— Чем это может грозить?
— Самыми страшными последствиями и я не шучу. Я работала с этой рудой, как с привычным исправным материалом, пока не поставила ее в прибор и по прошествии пятнадцати минут, собственными глазами не убедилась в ее ужасных дефектах. Ты представляешь, что может произойти, если она попадет в использование?! Взрыв системы отопления вместе с домом, поломка поезда, упаси Боже, чтобы без жертв. Только подумай, что будет, если поезд сойдет с рельсов в горах Короля печали или посреди моря? И это всего лишь малый перечень того, что может случится.
— Толпа раздавит механиков, как единственных виновников, — мрачно подытожил друг.
— Да и она будет не так уж и далека от истины. Тот, кто это затеял — механик. Человек.
— Человек ли? — скептически хмыкнул Шэйн, отрешенно смотря перед собой.
— Чего об этом гадать, если все равно ничего о нем не знаем… Нам бы убийцу найти.
— Дашь объявление? — ехидно съязвил он.
— Нет, просто дам тебе в лоб, — привычно отмахнулась я, с облегчением отметив, что унылое настроение отступает и взамен его появляется бесшабашный азарт и мстительное желание отыграться.
— Давно хотел спросить — почему на разработках болотной руды нет постоянного механика?
— На это есть несколько причин, — напустила я на себя умный вид. — Во-первых, это слишком дорого. Я осмелюсь только предположить, сколько Контора может запросить. Во-вторых, не у каждого механика есть инструменты. Здесь без них, как без рук.
— Ой, ли, девушка, по-моему, вы что-то недоговариваете, — елейным голосом пропел Шэйн, и я сдалась под напором его хитрых глаз.
— Ну, ладно признаюсь — Гильдия запрещает.
— Почему? — искренне удивился он и я, не удержавшись, расхохоталась.
— Да потому что оставлять на постоянную работу механика на разработках болотной руды — все равно, что лисицу в курятнике прописать. Я тебе прямо сейчас сходу могу не задумываясь назвать пять способов, как вывезти отсюда руду.
— Ты страшный человек, — шутливо протянул друг.
— А ты думал!
