После памятного вечера бала — маскарада потянулась череда дней хлопотных и однообразных, занятых работой над ф'езэ. Азарий трудился над чертежом, стараясь сделать его максимально точным и понятным для меня. Я разбирала старинный механизм по деталям, чувствуя себя заправским ювелиром. Приходилось работать в специальных очках, предназначенных как раз для таких миниатюрных деталей. Тонкая, тяжелая работа, требующая полной сосредоточенности и абсолютной точности в вычислениях для того, чтобы сделать новую деталь идентичную старой. Встречи с Криспианом были недолгими и в основном касались работы. Один раз у нас состоялся серьезный разговор, на котором присутствовал Алдар. Скрывать от него информацию о «В» больше не было смысла. Лишних союзников у меня не было. Я вкратце рассказала древнему о письме с угрозой, упомянула о шкатулке с демоном и могильном венке, рассказала об опытах Цорна и о встрече с болотной ведьмой, упуская ненужные для их ушей детали и говоря исключительно о том, что касалось «В». Вампиров особенно заинтересовал стих-загадка и они обещали об этом подумать. На протяжении двух недель от Шэйна не было вестей и я уже начинала волноваться. Что-либо узнать о «В» больше не удалось. Ни как он сейчас выглядит, ни имени, которое он может сейчас носить, ни тем более место пребывания не смог выяснить даже Криспиан, утверждающий, что задействовал для этого все возможные и невозможные средства.
Время неумолимо бежало вперед и у меня оставалось все меньше и меньше дней… Приближался март, которого я безумно боялась. Медальон приобрел темно-красный цвет, с каждым днем становясь все темнее и насыщеннее, грозя к концу марта превратиться в черный. О том, что мне пришлось бы испытывать не будь его со мной, я малодушно предпочитала не думать. Вероятнее всего, умерла гораздо раньше вышеозначенного срока от сильнейшей боли.
К нашему с Азаром удивлению целители остались. Для них нашлась какая-то работа в поместье Криспиана. Впрочем, встречались мы нечасто и держались друг с другом подчеркнуто вежливо. Я старалась не обращать на них внимания, так же, как и они на меня. Азарию, по ходу дела, вообще, было все равно. Он с головой окунулся в работу, расценив ее, как вызов собственному профессионализму. И, должна заметить, он великолепно справлялся с поставленной задачей. Только благодаря точному чертежу я смогла работать с ф'езэ и создать из болотной руды, от которой осталось меньше половины, необходимые детали.
Алдар никуда не уехал и часто сопровождал нас к Криспиану. Как я поняла, они были с-т-а-рыми друзьями и именно Элиш предложил древнему мою помощь. Жаль, что меня он про это запамятовал предупредить.
В один из поздних вечеров, когда работать уже не было сил, а спать не хотелось, я вспомнила, что у меня осталась недочитанная книга, о которой я совсем забыла. Почитать решила на кухне. Очень хотелось попить молоко и желательно с медом, а готовить его, потом тащиться с ним обратно в спальню было лень. Выпью на первом этаже, прочитаю книгу и со спокойной душой, помыв посуду, пойду отдыхать.
На кухне я застала картину, достойную кисти художника. Даже название ей придумала: «Поздний ужин вампира». В полутьме помещения, освещенного одной настенной лампой, на стуле сидел Алдар, а на его коленях полулежа, удобно расположилась Кристина и томно постанывала. Голова девушки была откинута назад, а шейка соблазнительно открыта. Заметно вытянувшиеся клыки вампира красноречиво указывали на готовность к укусу.
— Ночной перекус, господин Элиш? — спокойно спросила я, невозмутимо пройдя мимо них, направляясь к буфету.
Алдар страдальчески закатил глаза и нехотя втянул клыки.
— Ты мне дашь нормально поесть? Чего тебе не спится?
— На какой из двух вопросов предпочитаешь услышать ответ?
Кристина разочаровано застонала и приняла сидячее положение. Ее глаза все еще оставались затуманенными, а сознание витало где-то далеко.
— Ревнуешь? — ехидно заметил вампир, демонстративно скользнув светящимся в темноте красным взглядом по моей шее.
От ранок на шее за ухом, некогда поставленных сиром, не осталось и следа, но кожу ощутимо кольнуло, будто укус только начал заживать.
— Я против гемоглобиннового ужина. По крайней мере, не там не там, где я живу.
— Ханжа, — раздраженно бросил он, снимая девушку с колен.
— На себя посмотри! — ворчливо ответила я, начав демонстративно доставать молоко и мед.
Я не ревновала, честное слово, просто… Просто не могу я принять факт использования целительницы в качестве утоления его инстинктивных желаний. Да, Кристина мне не нравится. Да, мне все равно с кем и как она проводит время. И да, она пришла к Алдару добровольно. Но это также не означает, что я буду спокойно терпеть, пока этот «проголодавшийся упырюга» утолит свою жажду. Чисто из вредности и гипертрофированной принципиальности.
— Прости, дорогая, в следующий раз, — бархатно протянул вампир, нежно проводя рукой по щеке девушки. — Иди отдыхай.
Кристина послушно, словно зачарованная кукла развернулась и вышла из кухни. Алдар, к сожалению, остался и невозмутимо налил себе вина.
