Да, млять! Они что, вообще все на звуки стрельбы повылезали? Бежим по коридору к лестнице, вот и этот мужик пьяный, храпит так, что ему никакая пальба не помеха. Упирающегося Чира просто скинули с лестницы и он, пролетев по ней и собрав все ступеньки смачно так врезается башкой в стену. Клёпа и Колючий хватают его под руки и тащат дальше.
На улице снова заработали пулемёты.
— Весь сброд сюда, походу, подтягивается, – меняя магазин, шипит Грач, – ходу к тачкам, пацаны!
Всё, мы на первом этаже, вон около подъезда наши ребята. Няма лупит куда-то из пулемёта. В комнате на первом этаже, предназначенной для консьержа, вижу какое-то шевеление. Вот кто там мать вашу? За долю секунды вижу мелькнувший там же ствол.
Испугаться не успеваю, зато дать туда очередь успел. Звон разбитого стекла, и через тонкую стену сюда к нам вываливается убитый мной Укас, в руках дробовик.
— Ах ты ж падла! – шипит на него Слива и всаживает ему ещё пару пуль в грудь.
— Хорошая реакция! – хлопает меня по плечу Грач.
— Пошли к тачкам, быстро! – снова орёт Туман.
Мадам Ти вцепилась в меня мёртвой хваткой, походу, бабуля не на шутку струхнула. Мы же, млять, ехали просто взять двоих уродов, а у нас тут полноценные городские боевые действия.
Стадом ломимся к тачкам. Не добегая до них метров двадцать, я вижу, как от них в разные стороны разбегаются тени, кажется это дети и в руках одного из них колесо.
— Да ладно – слышим полный разочарования возглас Сливы, когда мы остановились около машин, – я же говорил, млять!
Стрельба стихла так же неожиданно, как и началась. Только несколько женских голосов орали с разных сторон.
— Нас же буквально пять минут не было, – вторит Сливе Леший, – когда они успели-то?
Тут даже я охренел! Две из трёх наших тачек стояли на кирпичиках, без колёс. У нас с двух машин колёса сняли и, млять, на одной из машин две двери тоже открутили и унесли!
— Гы! – заржал Большой.
— Во, Апреля сюда надо, – смеётся Маленький, – пусть поучится тачки разбирать! Глянь пацаны – тычет он пальцем в нашу машину без дверей, – у неё и руль спереть успели!
А я, честно говоря, даже не знаю, смеяться мне или дальше охреневать.
— И на чём мы поедем? – спрашивает Няма с перебинтованной башкой.
— Вон какой-то грузовичок стоит – отвечает ему Клёпа, кивая на машину.
Затем он быстро подбегает к ней, высаживает прикладом водительское окно, открывает водительскую дверь и ныряет внутрь.
— Сдавайтесь, падлы! – орёт кто-то.
Откуда, я так и не понял.
— Это он кому? – спрашиваю я у ребят.
Мы-то стоим в тёмном углу, и нас, скорее всего, не видно, по крайней мере, я на это надеюсь.
Спустя пару минут, которые мне показались вечностью, грузовичок, типа нашей тентованной газели чихнул и завёлся.
— Валим! – высунулся из-за руля Клёпа.
Мадам Ти первая ломанулась к кузову грузовика, я даже глазом не успел моргнуть, как эта старушенция перемахнула через борт и лихо забралась в кузов.
— Десантура, епт! – снова заржал Большой.
Снова выстрелы, но где-то там, походу, кто-то продолжает стрелять в кого-то. Грузимся в кузов грузовика, кто-то в стоящую на своих колёсах нашу третью машину.
— Поехали, мать вашу! – кричит Туман.
Бац, рядом с нами на асфальте высекаются искры от пуль. Но мы уже тронулись и держим направление на выезд с этого, ну очень весёленького, райончика. Чир и Мил с разбитыми мордами валяются в углу кузова и хлопают на нас своими глазами. В свете наших подствольных фонарей, я хорошо вижу их испуганные лица, причём у Чира вся морда в крови, видать, он хорошо так по лестнице проехался.
Мадам Ти сидит на полу кузова и злорадно на них смотрит. Я бы сказал, как удав на кролика.
— Куда ехать-то? – кричит из кабины Клёпа.
— Ко мне, – отвечает ему мадам Ти.
Из трущоб мы выехали без каких-либо приключений, по нам больше никто не стрелял, и мы больше ни по кому не палили в ответ.
Вернулись в дом мадам Ти. Заехав во двор, увидели стоящий там большой грузовик, и трое Укасов как раз закидывали в кузов тела этих людей в чёрном.
— Гражданские в безопасности, Жил со своими людьми убирают трупы, – выпалил подбежавший к нам Паштет.
Чира и Мила кончили через пять минут, особо с ними не церемонились. Мадам Ти, как и обещала, посмотрела каждому из них в глаза, а затем сама же и застрелила их из пистолета. Их тела так же закинули в кузов грузовика.
— Езжайте, – негромко сказала мадам Ти, когда трупы этих двоих закинули в грузовик, – тут мы сами разберёмся.
Мы все были грязные, потные, в побелке, пахнущие смертью, порохом и гарью – нда уж, повоевали сегодня ночью, прям от души постреляли!
Наш избитый и израненный Хаммер решили уничтожить, он своё отслужил. Там и мотор сдох, и на нём живого места не было. Жил со своими людьми обещали его оттащить на свалку и там пустить под пресс. Мы же, погрузившись в другие тачки, которые тут были ещё, и в гараже мадам Ти, и остались от приехавших сюда бандитов, поехали домой, отмываться и спать.
Глава 3.
Воспоминания. Лос. Александр.
