— Я не знаю какой у них там порядок — вновь усмехнулся Михаил — но тут именно так. А когда немцы поняли, что других пленных взять негде и нужно стимулировать на продолжение рода тех, которые есть, то поняли и то, что их нужно лучше кормить, одевать, лечить и создавать другие условия для жизни. А для этого нужны всё новые и новые направления и расширение производства и увеличение выращивания различных культур и животноводства. Кто это всё будет делать? Дешёвая рабочая сила, это двигатель. Не хочешь работать, заставим. Лишим чего-нибудь или расстреляем. Люди в лагерях превратились просто в какое-то послушное стадо. Но их всё устраивает.
— Если есть чёрный рынок, значит есть и бандиты — добавил Слива.
— Есть конечно — тут же кивнул Михаил — но за эти годы настолько всё переплелось — он махнул рукой — старики из этого народа конечно злятся, что вот молодёжь хочет красиво жить и не хочет воевать, выгнать с земель, которые принадлежали их предкам захватчиков. Конечно военная полиция немцев старается поддерживать порядок, само собой есть стукачи, осведомители, завербованные люди. Кого-то периодически ловят, как и из народа Давул, так и среди немцев. Но у нас тоже есть свои информаторы и мы так же получаем какие-то вещи, технику, оружие, продукты и так далее от этой подпольной торговли. Ведь почти все производства, которые были у местных, были на островах, которые немцы и захватили.
— Замкнутый круг какой-то — вздохнул я.
— Кому война, а кому мать родная — засмеялся Слива.
— Как вы сказали молодой человек? — тут же обратился к нему старик.
— Кому война, а кому мать родная.
— Никогда не слышал такого выражения, но вы прям в точку его сказали — засмеялся Михаил.
— А почему вы так и остались партизаном и не поселились в этом городе? — задал я ему неожиданный вопрос — жили бы спокойно, торговали там чем-нибудь.
— Вот из-за этого — он снова закатал свой левый рукав показывая нам вытатуированные цифры — если военная полиция или осведомитель немцев это увидят, меня тут же схватят. Сначала будут пытать, выведывая информацию, а потом просто расстреляют. Да, среди них — снова лёгкий кивок в сторону людей — есть и те, у кого таких цифр нет, они воюют за идею.
— Ясно — кивнул я — когда я вам рассказывал про нас, упоминал, из-за чего мы сюда пришли.
— Да — снова кивнул Михаил, что говорит о его великолепной памяти- из-за мертвецов. Есть тут такие — он разом стал серьёзным — и мы с ними сталкивались. Убить можно только в голову.
Мы разом кивнули.
— Вояки из этих ходячих как мы их называем так себе — неопределённо взмахнул рукой Михаил — но, когда они толпой прут, отбиться сложно. Паника штука такая. Мы старались обнаружить командира, ну того, кто ими управляет, он с медальоном и уничтожить его. Тогда эти ходячие либо просто тупо стояли на месте, либо, если в их гнилых мозгах что-то замкнёт, стреляли во все стороны без разбора. Помню было несколько раз, когда они по своим огонь открывали, вот веселуха была. Немцы тут же забывали про нас и старались их сами уничтожить. Но должен признать, что ходячие до жути пугают. В них стреляешь, а они не умирают. Кстати, вы не говорили про тяжёлых — встрепенулся Михаил.
— Тяжёлых?
— Ну это тоже мертвецы, только крупнее, они все с пулемётами, в тяжёлой броне и в масках. Вы таких не видели?
И тут меня как током пронзило. Мы таких видели. И пацаны тут же вспомнили.
— На базе подводных лодок на балконе такой стоял — тут же выдал ошарашенный Котлета.
— На вышке в гарнизоне — тут же добавил Слива — он же нас и засёк походу.
— Значит видели — заулыбался Михаил — да, там в зелёной зоне он вас наверняка и засёк.
— Расскажите про них — тут же попросил я.
— Это такие же мертвецы — тут же стал отвечать Михаил — немцы берут крупных и физически крепких людей и из них делают живых мертвецов — он зло сплюнул на землю и его кулаки непроизвольно сжались — навешивают на них броню и вооружают пулемётом с большим боезапасом. У них очень хорошее зрение, как у орла какого. Немцы их в качестве дозорных и часовых и используют. Кормить не надо, холод, жара, дождь, великолепный часовой и скорее всего да, вас с вышки тяжёлый и засёк, и сразу открыл огонь.
— Именно — подтвердил я его слова — сразу начал стрелять — вот же тварь глазастая.
— В бою, наверное, вообще трудно с ними? — спросил Упырь.
— Да, плотность огня дикая и уничтожить его очень трудно — ответил Михаил — как косой какой из пулемёта лупит, лучше всего его взрывать, ну под ноги гранаты кидать и то, нужно, чтобы ему либо руки оторвало, либо голову или добивать в голову, без ног он всё равно стреляет. Управляется он так же с помощью медальона. Но они очень медленные.
— В смысле? — не понял я — бегать как ходячие не могут?
— Ага. Ходячие не бегают, они просто быстро ходят, ну как обычный человек, а эти как черепахи.
— Можно убежать — добавил Котлета.
— Да, можно, я так разок тоже убежал — ухмыльнулся старик.
