Закрытие доступа к хранящимся в памяти больного названиям предметов является типичным результатом электростимуляции определенных областей коры, но это отнюдь не единственная форма афазии, которую можно вызвать. Часто наблюдаются нерешительность, невнятное и искаженное произношение. Эти явления могут быть вызваны раздражением двигательной коры, но могут также быть результатом нарушения мыслительных процессов, связанных с речью, при раздражении других областей мозга. Иногда электростимуляция вызывает повторение слов и слогов. Если ток включают, когда больной считает вслух, то он часто путает числа. При этом больной может перескочить с числа 6 на 20, а потом назад, на 9. Интересно, что эта путаница носит, видимо, ограниченный характер, так как слова, не означающие числа, не появляются; больной сохраняет надлежащую психологическую «установку», но он просто не в состоянии называть правильные числа. Бывают ошибки другого рода — больной может подставлять слова, близкие по звуковому составу, скажем, «гриб» вместо «гребень», или по смыслу, например, «щипцы» вместо «ножницы», «мотылек» вместо «бабочка». Иногда он производит совсем непонятную замену: «каток» вместо «ножницы», «гребень» вместо «молоток» и т. п.
Хотя все эти результаты были получены при искусственном электрическом раздражении обнаженной коры мозга, внешние проявления были совершенно подобны тем, которые наблюдались у тех же или у других больных при распространении раздражающих токов на речевую зону в ходе спонтанных эпилептических приступов. Оказалось, что повреждения в речевых областях коры приводят к сходным дефектам речи, хотя при естественных повреждениях наблюдается в общем большее разнообразие симптомов, чем при искусственной стимуляции. Как мы скоро увидим, одна из важных для речи областей простирается от височной доли коры назад почти до ассоциативной области зрительной коры в затылочной доле. Как выяснилось, повреждение этой области поблизости от зрительной коры вызывает гораздо более серьезные расстройства письма, нежели речи. Наблюдались и иные случаи, когда больной мог правильно выражать свои мысли, но не понимал того, что ему говорили. Но как ни интересны эти случаи, они, по-видимому, сравнительно редки.
Пока мы не сможем лучше понять сущность афазии, попытки истолкования этих особых ее форм вряд ли будут плодотворными. В большинстве случаев афазии, как естественной, так и искусственно вызванной, симптомы носят более общий характер; видимо, они указывают на расстройство механизма, который в нормальных условиях используется при переходе от понятия к слову.
Па рис. 22 показаны три области коры, которые, как заключил Пенфилд на основании своих исследований, участвуют в мыслительных процессах, связанных с речью. Значительных различий между формами нарушений, вызываемых стимуляцией этих трех областей, не отмечалось; при раздражении каждой
| Рис. 22. Три речевые области коры [4]. |
из них были случаи нарушений всех трех описанных выше типов.
Результаты Пенфилда показывают, что все речевые зоны обычно расположены в левом полушарии. Пенфилд не подтвердил прежнее представление о том, что речью управляет доминирующее (обычно левое, но у левшей — правое) полушарие мозга. Случаи регуляции речи правым полушарием наблюдались, но редко и, по-видимому, всегда были обусловлены особыми обстоятельствами (о которых будет сказано ниже) Оказалось, что в нормальном мозгу речью управляет левое полушарие.
Такое постоянство в расположении кортикальных областей, управляющих речью, довольно неожиданно. Речь представляет собой функцию, явно приобретаемую путем обучения, без какой-либо наследственной детерминации. То, что процесс обучения речи — специальная процедура, которая должна совершаться заново у каждого индивидуума,— автоматически приводит к определенной «стандартной» локализации этой функции в коре мозга, вероятно, тесно связано с рядом важных деталей строения и работы мозга. Следует надеяться, что когда-нибудь наши знания позволят нам сделать надлежащие выводы из этого знаменательного факта. В настоящее время можно высказать лишь несколько предположений. Как это ни странно, некоторые из самых интересных догадок подсказаны упомянутыми выше исключениями — случаями, в которых распределение корковых зон управления речью