За ней простирался огромный зал, освещенный мягким голубым светом тысяч эфирных кристаллов. И в центре этого зала возвышался механизм, подобного которому Антон не видел даже в своем технологически развитом мире.
Аналитическая машина Гиротаха была найдена.
Зал оказался настолько огромным, что его противоположная стена терялась в полумраке. Высокие сводчатые потолки поддерживались массивными колоннами, сплошь увитыми трубами и проводами. Но все это меркло перед тем, что находилось в центре.
Аналитическая машина Гиротаха возвышалась на добрых четыре метра в высоту и занимала площадь размером с небольшой дом. Основу конструкции составляли вертикальные башни из полированной меди и стали, между которыми были натянуты сотни тонких проводов. По этим проводам непрерывно пробегали искры – не случайные, а ритмичные, подчиняющиеся какой-то строгой закономерности.
– Во имя всех шестеренок мира, – прошептал профессор Коглер, снимая очки и протирая их дрожащими руками. – Это же... это невозможно.
Антон медленно обошел машину, пытаясь понять принцип ее работы. В его мире он видел компьютеры размером с комнату, но они работали на электронных лампах и транзисторах. Здесь же сочетались механические элементы с электрическими цепями на основе эфирных кристаллов.
Каждая башня машины была по сути гигантским калькулятором. Шестеренки различных размеров вращались с разной скоростью, их положение определяло числа, участвующие в расчетах. А между башнями пробегали электрические импульсы, передавая результаты от одной части машины к другой.
– Гениально, – пробормотал Антон. – Он создал гибрид механического и электрического компьютера. Механика для надежности и точности, электричество для скорости передачи данных.
Мастер Кривоспир подошел к одной из башен и внимательно рассмотрел шестеренки.
– Такой точности обработки металла я никогда не видел. Посмотрите на эти зубцы – каждый идеально симметричен. И все шестеренки подогнаны друг к другу с точностью до доли миллиметра.
Гаррет тем временем обнаружил пульт управления – массивную панель, расположенную перед машиной. На ней находились сотни рычажков, кнопок и циферблатов. Многие из них были помечены теми же символами, что встречались в записях Гиротаха.
– А что это такое? – он указал на большой экран в центре панели.
Антон подошел ближе. Экран был сделан из какого-то полупрозрачного материала, возможно, специально обработанного кристалла. На нем светились строки символов – те же математические обозначения, которые они видели в мастерской изобретателя.
– Дисплей, – сказал Антон. – Машина показывает ход своих вычислений. Смотрите, символы постоянно меняются. Она что-то рассчитывает прямо сейчас.
Профессор Коглер достал из кармана блокнот и начал лихорадочно записывать символы с экрана.
– Если я правильно понимаю эту систему обозначений, то машина моделирует поведение эфирных кристаллов в масштабе всего города. Она рассчитывает энергетические потоки, определяет оптимальные режимы работы...
Он вдруг замолчал и побледнел.
– Что такое? – спросил мастер.
– Она не просто моделирует. Она... она управляет. Смотрите, здесь расчеты перераспределения энергии между районами города. А здесь – команды на изменение режимов работы отдельных узлов.
Антон почувствовал, как по спине пробежал холодок.
– Вы хотите сказать, что эта машина подключена к городской энергетической системе?
– Похоже на то. И судя по этим расчетам, она может не только наблюдать, но и вмешиваться в работу всей сети.
Мастер Кривоспир внимательно осмотрел заднюю часть машины. Оттуда действительно шли толстые кабели, которые исчезали в стенах зала.
– Да, она подключена к основным магистралям. Но зачем? Зачем Гиротаху понадобилось управлять городской энергосистемой?
Ответ пришел к Антону внезапно, и от этой мысли у него похолодели руки.
– А что если он не собирался управлять? – медленно сказал он. – Что если он хотел защитить город от чего-то?
– От чего?
– От возможности отключения всей системы одним ударом. Подумайте: если кто-то захочет парализовать Новый Гальванополис, ему достаточно вывести из строя центральную паровую станцию. Но если аналитическая машина может мгновенно перераспределить нагрузку между всеми узлами сети...
– То город сможет продолжать функционировать даже при серьезных повреждениях, – закончил профессор. – Гениально. Но тогда почему машина скрыта? Почему о ней никто не знает?
Звук шагов в тоннеле прервал их размышления. Преследователи добрались до двери зала.
– Нужно спрятаться, – прошептал Гаррет.
Но Антон покачал головой.
– Некуда. Зал слишком хорошо освещен, а машина занимает почти все пространство. Лучше попытаться понять, что она делает, пока есть время.
Он подошел к пульту управления и начал изучать показания приборов. Многие символы были ему незнакомы, но математическая логика оставалась понятной.
– Профессор, помогите мне разобраться. Вот эти цифры – они означают энергопотребление разных районов города?
Коглер быстро подошел и взглянул на дисплей.
