- Как ты могла такое допустить?
- Сыночек...
Увидев слезы в глазах матери. Мехман смутился. Он только спросил:
- Где же была Зулейха?
- Зулейха, сынок, еще очень молода... Разве она могла знать, что ты будешь недоволен...
Зулейха покраснела. Явер вопросительно посмотрела на мужа, но Муртузов, ничуть не смутившись, продолжал изливать потоки своего красноречия. У них в районе живут просто, по старым обычаям. Городских тонкостей они не знают. Человек в калошах присоединился к нему. Явер кое-что прибавила от себя, и от их болтовни в квартире поднялся невероятный гомон.
Мехман едва сдерживал раздражение.
Муртузов нарочно вышел на застекленную галерею, выходившую на улицу, стараясь, чтобы его увидели прохожие. Откуда-то появился Мамедхан, он притащил полный зимбиль. Муртузов взял зимбиль из его рук, торопясь узнать поскорее, что там лежит.
- Что тут у тебя, красавец?
- Ничего особенного. Пустяки... Так, кое-что...
Муртузов стал бесцеремонно рыться в свертках.
- Ого, сок жизни тут. Люблю тебя за чуткость. Умница! - похвалил он.
И крикнул через всю квартиру жене, хлопотавшей на кухне:
- Явер, Явер, неси скорее рюмки...
Некоторое время Мехман стоял молча и кусал губы. Положение, в которое он попал, казалось ему невыносимым. И вдруг он решительно двинулся к телефону.
- Товарища Вахидова! - Он долго ждал, пока ему не ответили, что секретарь райкома уехал в село на строительство новой школы. Мехман медленно повесил трубку.
Мать, встревоженная, следила за каждым его движением. Она видела, что сын очень разгневан. Широкие его брови сдвинулись на переносице.
- Мама! Ты понимаешь, что происходит в нашем доме?
- Сынок, не шуми. Помни, мы на чужбине, нельзя ссориться с людьми... Они не знают правил приличия...
- Они все знают.
Мехман взял шапку и твердыми быстрыми шагами вышел. Зулейха всплеснула руками. Хатун заплакала. Муртузова и всю его компанию словно ошпарили кипятком...
20
Мехман решил было направиться в прокуратуру, но тут же раздумал. Прибежит Муртузов, начнет извиняться, приставать со своими улыбочками, ужимками. Противно!.. И Мехман, повернув влево, зашагал по улице, ведущей к окраине города. Не доходя до находившегося на этой улице районного отделения милиции, он повстречался с начальником милиции Джабировым. Тот жил неподалеку и направлялся домой.
- Ба, товарищ прокурор! - воскликнул Джабиров. - Вот кстати встреча. Милости прошу ко мне, пообедаем вместе. Только что от жены точные данные получил - обед готов.
- Спасибо, я сыт, - отвечал Мехман. - Не хочется вас задерживать, но я желал бы взглянуть, как содержатся у вас заключенные, посмотреть, кто находится под стражей.
- Пожалуйста, товарищ прокурор. Против государственного надзора возражать не могу. Но только, может, пообедаем лучше, а арестованными займемся завтра с утра? Этим молодчикам ведь все равно торопиться некуда...
- А все-таки лучше сейчас, - настойчиво сказал Мехман. - Вы уж простите, что отрываю вас от отдыха.
- Ну что вы, что вы, - воскликнул Джабиров. - Какой может быть отдых! Служба есть служба. - Джабиров решительно повернул обратно, и они зашагали к отделению милиции, продолжая беседу.
- Так и службу можно понимать по-разному, дорогой товарищ Джабиров, говорил Мехман. - Среди этих, как вы их назвали, молодчиков могут оказаться и честные, ни в чем не повинные люди, жертвы чьего-либо самодурства, произвола, клеветы или наших с вами ошибок. Да вот, далеко за примером ходить не нужно. Познакомился я с делом, колхозного бригадира Саламатова. Честнейший, по моему глубокому убеждению, человек. Вызвал я его к себе на допрос, спрашиваю: - В чем же вы провинились на старости лет? - А он отвечает: "Вины за собой перед своей родной Советской властью не знаю, а об остальном не беспокоюсь. Защитники у меня надежные, не дадут старика в обиду". - Кто же ваши защитники? - спрашиваю. А он отвечает: "Мой честный труд и моя Советская власть!"
- Кстати, - резко прервал свой рассказ Мехман, - вы получили мое постановление об освобождении Саламатова из-под стражи?
- Да, днем ваш посыльный принес. Завтра с утра думал его освободить.
- Завтра? А почему не сегодня?
- Дорогой товарищ Атамогланов, - и Джабиров доверительно взял Мехмана под руку. - Я звонил вам, но не застал. Мне хотелось вас предупредить...
- О чем? - насторожился Мехман.
- Об аресте Саламатова принял постановление райисполком. Сам Кямилов был у них в колхозе, разобрался в этом деле, потом вернулся, продиктовал постановление на двух страницах и скрепил его круглой печатью...
- Знаю, - нетерпеливо перебил Мехман. - Ну и что же?..
- У товарища Кямилова очень крутой характер. И конфликт с ним...
- И вы испугались, что Кямилов...
- Товарищ прокурор!.. - кровь прилила к лицу Джабирова. - Меня упрекать в трусости! Я не о себе беспокоился... Вы новый человек в районе. А Кямилов...
