-Эдво, помнишь ты меня песню допеть просил? — по дружески слегка пихнул я рыцаря в плечо, соизмеряя силу.
-Помню — односложно буркнул он.
-Думаю сейчас самое время — ответил я, садясь на задницу и примериваясь к бубну.
К моему удивлению боевой дух нашего маленького, но очень отмороженного войска был весьма высок. Потусторонние силы были за нас, орки вчера получили по самое не балуй, народ аж трупы задолбался в речку кидать, после смерти каждого будет встречать в дверях Крепости-на-Горе лично Акхес, говорить «Молодца!» и жать руку дорогому гостю. Сомэ и тот не портил настроение своим кислым хлебальником. А кое-кто и вовсе имел даже слишком лихой вид, не иначе стадия принятия перешла во что-то из серии «А я так на последок отожгу, что мне бог войны ещё и лично за своим столом нальёт!». Что отчётливо констатировало с настроениями на другом берегу, где кое-кто уже высказал мысль о том, что мы де что-то не то затеяли и Небо не довольно.
И сейчас я планировал ещё сильнее увеличить эту разницу настроений, а заодно даже временно прибавить нашему войску не душевных, а вполне себе физических сил. Конечно до старого Йара мне по прежнему как раком до Шанхая. Он практически всю очень долгую жизнь был шаманом и предсказуемо достиг больших высот, в том числе и в ритуальных песнопениях. Вряд ли ошибусь, если скажу, что после Весенней Песни Охоты и без того чудовищная сила моих сородичей возрастала на добрую треть, а эффект держался чуть ли не неделю. Хотя я тренировался, особых успехов мне достигнуть не удалось. Песнь Войны из своего прошлого мира теперь конечно удастся пропеть до конца, а не охрипнуть после пары четверостиший. Да, я сумею пережать максимум своих чувств и воспоминаний о том, как металл будоражит кровь на концертах, когда кажется сама твоя душа резонирует в такт со звуком, что ревущим потоком бьёт из могучих динамиков, а ты орёшь припев вместе со всем остальным залом в унисон и перед твоими глазами на огромном экране или просто в памяти проносятся величайшие кинематографические битвы. Однако даже не смотря на то, что люди куда восприимчивее великанов, дай духи воздействие продержится до вечера, а сильнее и быстрее мы все станем всего лишь в десятую часть. Однако и это чертовски немало, а боевому духу, который не сломить до самой смерти и вовсе нет цены. А потому моя колотушка ударила о бубен, горло затянуло напев, а дух стал вплетать в них магическую энергию, что обращается не к ушам, а к самой душе слушателя не требуя перевода слов с русского или английского или пояснений образов, что встают перед глазами.
