– Честно говоря, нет. Но босс решил продвигать вас вперед всеми силами. Вы наша витрина. Президент Эллисон действительно хочет, чтобы вы показали им, какие на самом деле американцы. Мы будем и дальше рекламировать вас. Мы хотим, чтобы весь мир хорошенько рассмотрел вас. Через вас они формируют свое мнение о Соединенных Штатах.
– Я… я так польщена.
– Продолжайте работать в том же духе.
Они поговорили еще пару минут и попрощались.
«Значит, за всей этой кампанией в прессе стоит сам президент», – подумала Мэри. – «Неудивительно тогда, что появляется столько статей про меня и детей».
Тюрьма «Иван Стелиан» выглядела внутри еще более устрошающе, чем снаружи. Стены узких коридоров были выкрашены в серый цвет. На обоих этажах камеры были полностью забиты заключенными. Вооруженные автоматами охранники следили за порядком. От тяжелого запаха у Мэри закружилась голова.
Охранник провел Мэри в маленькую комнату для свиданий.
– Она здесь. У нее есть десять минут.
– Спасибо. – Мэри вошла в комнату, и дверь за ней закрылась.
Ханна Мэрфи сидела за маленьким обшарпанным столом. Она была в тюремной одежде, руки скованы наручниками. Эдди Мальц сказал, что ей девятнадцать лет. Она выглядела лет на десять старше. Бледное лицо, впалые щеки, красные от слез глаза. Волосы были нерасчесаны.
– Здравствуй, – сказала Мэри, – я американский посол.
Ханна Мэрфи посмотрела на нее и зарыдала.
Мэри обняла девушку.
– Не плачь. Все будет хорошо.
– Н-не будет, – простонала девушка. – Меня будут судить на следующей неделе. Я умру здесь! Я не выдержу пять лет в этой тюрьме.
– Не плачь. Лучше расскажи, как все это произошло.
Глубоко вздохнув, Ханна Мэрфи принялась рассказывать.
Я познакомилась с одним мужчиной – с румыном. Мне было одиноко. Он был так ласков со мной, и мы… мы занимались с ним любовью. Мне подруга дала две сигареты с марихуаной. Я выкурила одну вместе с ним. Мы снова занимались любовью, а потом я заснула. А когда проснулась, его рядом не было, а в комнате было полно полиции. Я была голая. Они смотрели, как я одеваюсь, а потом привезли меня сюда. – Она беспомощно покачала головой. – Мне сказали, что меня посадят на пять лет.
– Не посадят, если я помогу тебе.
Мэри вспомнила, что сказал ей Лукас Дженклоу, когда она собралась ехать в тюрьму. «Вы ничем не сможете помочь ей, госпожа посол. Мы исчерпали все средства. Пять лет для иностранца – это стандартный приговор. Если бы она была румынкой, то ей грозило бы пожизненное заключение».
Мэри посмотрела на Ханну Мэрфи и сказала:
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе.
Мэри ознакомилась с официальным полицейским рапортом. Он был подписан главой секуритате полковником Аурелом Истрасе. Коротко и ясно описывалась суть дела. Вина девушки была очевидной. «Надо что-то придумать», – решила Мэри. Она постаралась вспомнить, что было написано про Истрасе в секретном досье, которое давал ей Джеймс Стикли. Что же там было про Истрасе? Что-то о… Мэри внезапно вспомнила.
Мэри договорилась, что он придет в посольство на следующий день.
– Вы только потеряете время, – предупредил ее Майк Слейд. – Истрасе – это гора. Вам не удастся сдвинуть его.
Истрасе был невысокого роста, со шрамами на смуглом лице и блестящей лысиной. Когда-то давно ему сломали нос, и он неправильно сросся. Истрасе было интересно, зачем он понадобился американскому послу.
– Вы хотели встретиться со мной, госпожа посол?
– Да. Спасибо, что пришли. Я хотела бы поговорить с вами о Ханне Мэрфи.
– А, торговка наркотиками! У нас в Румынии строгие законы. Таких людей мы сажаем в тюрьму.
– Прекрасно, – сказала Мэри. – Я рада это слышать. Было бы хорошо, если бы и в Штатах ужесточили закон в отношении продавцов наркотиков. Истрасе изумленно посмотрел на нее.
– Значит, вы согласны со мной?
– Абсолютно. Все, кто торгует наркотиками, должны сидеть в тюрьме. Но Ханна Мэрфи не продавала наркотики. Она предложила покурить своему любовнику.
– Это то же самое. Если…
– Не совсем, полковник. Ее любовник – лейтенант секретной полиции. Он тоже курил марихуану. Его наказали?
– Зачем? Он просто собирал доказательства преступления.
– У лейтенанта жена и трое детей?
– Да, – нахмурился Истрасе. – Эта американка заманила его в постель. – Полковник, но ведь Ханна Мэрфи всего-навсего девятнадцатилетняя студентка. А вашему лейтенанту – сорок пять лет. Так кто кого заманил?
– Возраст не имеет значения, – упрямо сказал Истрасе.
– А жена лейтенанта знает о его приключении?
– Зачем она должна об этом знать?
– Потому что, по моему мнению, девушку заманили в ловушку. Я хочу предать это дело гласности. Мировая пресса будет в восторге.
– Ничего у вас не получится, – сказал он.
Она решила пойти с козырного туза.
– Потому что этот лейтенант – ваш зять?
– Нет, не поэтому, – зло ответил полковник. – Просто я хочу, чтобы восторжествовала справедливость.
– Я тоже этого хочу, – уверила его Мэри.
