— Что ты совершенно несексуальная, — Марк смотрел на меня своим потемневшими от желания глазами, продолжая нежно-нежно касаться ладонями моего живота, бедер, а потом склонился и прошептал прямо на ухо, касаясь его губами. — Взгляни на себя, Аня. Я хочу, чтобы ты увидела то, что я вижу в тебе с тех пор, как встретил.
Его руки приподняли мои волосы:
— Эту копну длинных блестящих волос, в которые хочется зарыться лицом…
Он провел ладонью от подбородка вниз по шее, отчего по спине пробежали мурашки:
— Этот изящный изгиб шеи, которого хочется касаться губами снова и снова…
Он обнял меня сзади и его ладони сначала замерли на моей груди, а потом слегка сжали ее. Я почувствовала, как мои соски затвердели, и он начал их поглаживать своими большими пальцами:
— Эту округлую, упругую грудь. Из-за которой у меня чуть не выскочило сердце тогда, в ванной… — Он слегка повернул меня к себе и накрыл один сосок горячим влажным поцелуем. То посасывая, то слегка покусывая его.
С моих губ сорвался протяжный стон, я почувствовала ладонью, как Марк вздрогнул, кажется, его это привело в восторг.
— Да, Аня, — прохрипел он, — Покажи мне.
Ничего не понимая, я распахнула глаза, которые закрыла от удовольствия. Марк так же, как и я смотрел на отражение в зеркале. Нас обоих не смущала наша нагота и неприкрытое вожделение. То, что мы видели, только еще больше возбуждало. Одна ладонь Марка оторвалась от моей груди и последовала за моими пальцами, которые начали медленно поглаживать там, где сейчас так его не хватало. Его ласки сводили с ума, но если до этого момента он специально обходил стороной этот участок, доводя до полного исступления, то сейчас же его длинные пальцы властно касались разгоряченной влажной плоти, изнывающей от желания. Каждое прикосновение вызывало взрыв наслаждения. Каждое прикосновение срывало вскрик с моих губ. Казалось, что всю мою кожу покрывает невидимая тонкая сеточка из оголенных нервов. Я потерялась во времени, потерялась в водовороте своих эмоций, потерялась в своем диком желании.
— Мы обязательно вернемся к разговору, с кем мне стоит написать роман. Хотя для меня ответ очевиден. А сейчас я хочу весь остаток ночи заниматься любовью с самой прекрасной женщиной.
Этой ночью у меня не осталось ни одного сантиметра кожи, которого бы не коснулись его сильные руки и нежные горячие губы. Никогда в жизни мною так не наслаждались. Секс с Марком был таким же, как и жизнь: интригующим, неожиданным, но при этом каждый из нас словно знал, чего хочет другой, будто это была далеко не первая ночь, которую мы провели вместе. Уснули мы уже ближе к утру, когда небо начало рассветать, полностью изможденные, но невероятно счастливые. Марк задремал первым, устроившись на спине — лежа на его плече, я почувствовала, как его прекрасное тело понемногу расслабляется. Когда его дыхание стало глубоким и ровным, я решила перелечь на подушку. Но стоило мне немного отодвинуться, как Марк резко притянул меня снова к себе и прижался своей колючей щекой:
— Марк, я уже вся мокрая…
Я снова почувствовала, что он смеется:
— Осмелюсь заметить, что ты мокрая совершенно не от этого, — сказал он, но все-таки накинул на нас простынь, прикосновение которой после его ласковых ладоней показалось невероятно грубым, отодвинулся на несколько сантиметров, и закинул руку и ногу на меня. Так я и уснула, без малейшего шанса на побег.
Не знаю сколько, но ощущение было, что я спала довольно долго. Открыв глаза, я увидела, что Марк опустил шторы, чтобы солнечный свет не заливал всю комнату. Я повернула голову и увидела, что он сидит на кровати, привалившись спиной к изголовью. На нем уже были белая футболка и голубые шорты. В руках была книга, которую он очень внимательно читал — я невольно залюбовалась. Почувствовав мой взгляд, Марк улыбнулся и захлопнул книгу:
— Доброе утро, родная.
От этого, казалось бы, простого слова, волна тепла накрыла меня с ног до головы, словно пуховое одеяло.
— Не помню, когда у меня было такое доброе утро, ты давно уже проснулся?
— Да, вообще-то я теперь «в ответе, за того, кого приручил». Счастливчику надо было срочно на улицу. Мне не хотелось, чтобы он разбудил тебя лаем, разрушив все очарование прошедшей ночи! Есть хочешь?
— Нет, — ответила я, и мой желудок тут же сердито заурчал. Мы засмеялись. — Сейчас сползу, приму душ и что-нибудь придумаю.
Я нехотя встала, все еще ощущая слабость в ногах и закрутила головой в поисках одежды, пока не сообразила, что совершенно все решительно сняла вчера вечером в своей комнате.
Марк повернулся набок, оперся головой на руку и с интересом наблюдал за мной:
— Ты что-то потеряла?
— Да… Стыд, — и я снова рассмеялась тем самым низким и хриплым смехом, выходя из его спальни абсолютно нагая.
— Тебе это безумно идет — крикнул мне вдогонку Марк.
Я так и не поняла, к чему именно относилась эта его реплика.
