Юноша внимательно следил за реакцией подруги, боялся причинить ей боль. Лёньке хотелось остановиться, прекратить насилие, ведь девочка не давала ему согласие на проникновение, но зов природы оказался мощнее, вынуждая действовать решительно и быстро.
Остатки сознания боролись с нетерпеливым инстинктом, требующим немедленных грубых манипуляций с готовым к совокуплению цветком.
Для генетически обусловленного поведения возбуждённого самца важен лишь результат, достичь которого можно только реальным оплодотворением.
Как парнишке удалось одолеть превосходящие силы гормонов, непонятно, но он терпел из последних сил, погружаясь в бездну раскрывшегося цветка медленно и нежно. И всё же на пике воздействия гормонального допинга Лёнька чуть не сорвался в пике, почувствовав неудержимую похоть.
Таран целиком скрылся в девственных недрах, не причинив при этом даже малейших страданий и боли любимой девушке, начав размеренные поступательные движения.
В этот момент подруга вышла из оцепенения, но не посмела прекратить самовольное вторжение любимого в интимные пределы девственного естества, зачарованно наблюдая за медленными качающими движениями мощного поршня.
Когда Лёнька излился, не до конца сознавая смысл происходящего, прямо в жерло бутона, девушка закричала от отчаяния, колотя его кулачками в грудь.
О последствиях извержения мужского секрета её предупреждали.
Расстроенная девочка разрыдалась, заливая себя и постель потоками солёной влаги.
В это самое время в комнату ввалилась команда подгулявших обитателей комнаты, ставшая невольными свидетелями финальной сцены самого интимного акта любви.
Влюблённая пара в костюмах первобытных обитателей библейского рая азартно выясняла отношения.
Алина нападала, Лёнька вяло уворачивался.
Незадачливые влюблённые предстали перед зрителями во всей обнажённой красе. Дверь они так и не закрыли, потому, что отвлеклись на треснувший стакан.
Пришлось срочно нырять под одеяло, но уже было поздно прятаться.
Никто из пришедших не проронил ни слова. Все, молча, развернулись и вышли, дав ребятам время одеться, и замести следы сладкого греха.
Дальнейшее происходило, словно во сне. Влюблённые оделись, красные, как раки вышли из комнаты, ни на кого не глядя.
Лёнька всю дорогу шёл сзади. Перед своей комнатой Алина остановилась, с разворота влепила парню звонкую пощёчину, пустила слезу, всхлипнула и скрылась за дверью.
Лёнька чувствовал себя конченым негодяем, насильником и предателем.
Мальчишки при возвращении хлопали его по плечу и показывали кулак с поднятым вверх большим пальцем, а ему хотелось провалиться от стыда и чувства вины сквозь землю.
Всю ночь ему снилось повторение случившегося, внизу живота ни на миг не отпускало напряжение.
Сколько ни анализировал Лёнька ситуацию, никак не мог решить: хорошо он поступил или плохо.
Больше недели Алина не разговаривала с Лёнькой, хотя тот ходил за ней по пятам: уговаривал, извинялся, вставал на колени. Она не злилась, не предъявляла претензий, просто не замечала, словно он пустое место.
Парень, было, совсем отчаялся, но девочку внезапно отпустило. Алина сжалилась над ним или рассчитала ходы, как в шахматной партии, но поманила выразительным движением указательного пальчика, подкрепив его воздушным поцелуем.
Подруга отвела Лёньку в тёмный конец длинного коридора, взяла за руку, прижалась всем телом, спрятав лицо на его груди. Парень забыл, как нужно дышать, стоял и не решался обнять. Он чувствовал себя, как в начале знакомства, когда каждое касание давалось неуверенно, с оглядкой на отклик.
Алина удовлетворённо сопела, прижимаясь холодным носом к его шее, не предпринимая, однако, активных действий. Ожидала, когда инициативу проявит любимый.
Лёнька обмирал от желания вернуть отношения в прежнее русло, но чувство вины останавливало.
– Ты прощён, Лёнька. Я виновата не меньше, нечего было возбуждать так откровенно.
– Я не хотел. Сам не понимаю…
– Не оправдывайся. Если честно, мне было очень хорошо, только я не сразу это поняла. Но если залетела, не знаю, что с тобой сделаю. Придётся рожать. А учёба? Нафига тогда я два года горбатилась? Придётся, наверно, аборт делать.
– Я не согласен.
– Чего! Как это, не согласен, получил, чего хотел и в кусты?
– На аборт не согласен.
– Научишься рожать, тогда будешь права качать. Не согласен он. А жить, на что будем? Пожрать толком не на что. Вот ты, чего сегодня в завтрак ел… а в обед? Молчишь… а я тебе скажу – ни черта ты не ел. Загляни в карман. Не стесняйся, высыпай всё, что найдёшь. А до стипендии ещё больше недели. Вот и прикинь. Даже слушать не хочу. Моли создателя, чтобы наше эротическое приключение добром кончилось.
– И как мы это узнаем?
– Угадай с трёх раз. Знаешь, что такое месячные?
– Ну, так, схематично. Я же биолог. Овуляцию, охоту, течку, всё изучали.
– Так чего спрашиваешь? Ты первый узнаешь. После меня, конечно. Если залетела – берегись!
– Я жениться готов. Хоть завтра.
