Мне до смерти хотелось рассказать об этом Тену, но мне не хотелось делать это по телефону. Я решила рассказать ему об этом завтра, перед вечеринкой в честь Хэллоуина. Мне не терпелось увидеть выражение его лица. Даже если мы не обсуждаем этот конкурс, он наверняка как-то влияет на него.
Когда наши гости ушли, мама наконец спросила меня, почему Нев умоляла ее подписать бланк. И я ей все рассказала. Лицо моей матери не выражало никаких эмоций, ее окутывало спокойствие… оно обволакивало нас.
– Ты уверена, детка? – спросила она, когда я поднималась по лестнице в свою спальню.
– На сто процентов.
Наконец она улыбнулась.
Я остановилась, держась рукой за балюстраду.
– Но если Нев спросит, то скажи, что я отослала запись, хорошо?
– Неужели она не узнает правды?
– Нет. Она просто решит, что я проиграла.
Мама закусила губу.
– Ну, если ты уверена в этом, то…
– Я уверена.
– У тебя все лицо золотое. – Я провела большим пальцем по подбородку Тена, чтобы вытереть краску для лица, которой сегодня вечером я накрасилась, чтобы лицо соответствовало моему золотому комбинезону. Я была в костюме номинанта премии Country Music Association, а Тен был вампиром.
Тен вел себя немного странно с тех пор, как мы вошли в мой дом, – он был какой-то… нервный. Я подумала, что это как-то связано с конкурсом его матери. Он не отрываясь смотрел на участок стены в моей комнате, где до вчерашнего дня висел плакат Моны Стоун.
– Мне нужно тебе кое-что сказать…
Но я не успела ничего сказать, потому что Тен выбрал именно этот момент, чтобы спросить:
– Ты действительно потеряла свою девственность с незнакомцем? – Я убрала руку от его лица. С гулко бьющимся сердцем я резко повернула голову, чтобы убедиться, что дверь моей спальни закрыта. Наконец я прошептала:
– Чего?
– Ты сказала, что потеряла девственность, но у тебя никогда не было парня, так что… я предположил, что это была случайная связь.
Я убрала ноги с его колен и сползла к краю своей кровати королевского размера.
– Я-я никогда… У меня ничего не было.
– Но…
– Я соврала… – Я изучала нитки моего ковра цвета аквамарина.
– Зачем?
– Потому что мне уже семнадцать. Все мои друзья сделали
– Я должен признать, что это просто супер. – Тен сказал это так серьезно, что мне пришлось посмотреть на выражение его лица, чтобы убедиться, что он не шутит. Легкая улыбка, изогнувшая уголки его губ, убедила меня в том, что он и впрямь дразнит меня. Он крутил кудрявый кончик моего золотистого хвостика и дергал его до тех пор, пока я не повернулась к нему. – Энджи, обещай мне больше не врать. Ни о чем не врать.
Я кивнула.
– Обещаю.
Он провел пальцами по моим волосам и поцеловал меня. Мягко, потом грубее.
Когда мы отстранились друг от друга, я сказала:
– Моя очередь задать вопрос.
Выражение его лица вдруг стало настороженным.
– После сегодняшнего вечера я больше никогда не хочу об этом говорить, но… – Я прикусила нижнюю губу. – У тебя был секс со всеми твоими девушками?
Его рука опустилась на мое одеяло, оставив ямочки на ткани.
– Нет.
– Больше, чем с одной?
– Да. Но для меня они ничего не значили.
– Тогда почему ты спал с ними?
Сожаление окрасило в серый его желтые радужки.
– Потому что я был злой и глупый. Я верил, что секс без обязательств поможет мне стать менее злым и менее глупым.
– А что тебя так злило?
– Куча всяких вещей. Мама. Второй год в школе. Переезд сюда. – Он почесал затылок, взъерошивая свои причесанные, намазанные гелем волосы. – Я и не подозревал, что все так обернется.
– Как все обернулось?
Он поднял на меня глаза.
– Я стал невероятно счастливым человеком.
Тен снова положил руку на мое тело – на этот раз на бедро.
– У меня такое чувство, что, вернувшись сюда, я будто нашел часть себя, которая пропала когда-то.
Я накрыла его руку своей, переплетя наши пальцы. Он поднес наши руки к губам и поцеловал мою кисть.
– Мне нужно тебе кое-что сказать, – сказала я. – Это связано с конкурсом.
Тен стиснул зубы.
– Я же сказал тебе, Энджи, что со мной все в порядке и я не против…
– Я решила не участвовать.
– …если ты решишь участвовать. – Выражение его лица смягчилось, как только я сказала это. – Ты решила не участвовать?
– Да, я решила.
По его чисто выбритому лицу проскользнуло удивление.
– Я выбрала тебя, Тен.
– Тебе не нужно было выбирать.
– Но я это сделала. Я выбрала.
Он не двигался так долго, что начал походить на настоящего вампира, которого только что проткнули колом.
– Энджи… – Тен прошептал, и его губы коснулись моей шеи, прямо под ухом, от чего я вздрогнула. – Мне кажется, я люблю тебя.
Мое дыхание застряло в горле, так же как и сердце застряло в грудной клетке. Я села верхом на его колени и сцепила руки на его шее.
– Я тоже люблю тебя, Тен.
