Двенадцать лет прошло после страшной ночи бегства Мэлори с детьми из кишащей тварями местности. Двенадцать долгих, полных напряженного ожидания лет – не скрипнет ли ветка, не раздастся ли за спиной звук тяжелого дыхания.Между тем постапокалиптический мир продолжает сопротивляться вторжению. В небольших поселениях люди пытаются построить новое общество, – общество, готовое быстро отреагировать на любую угрозу. Но печальный опыт Мэлори говорит о том, что безопасность и стабильность – очень хрупкие стены, которые в любой момент могут рассыпаться в прах.Тревога за детей ни днем ни ночью не отпускает Мэлори – как ей справиться с подростками, жаждущими выбраться наружу из душных комнат? И как объяснить строптивым юнцам, что каждый прожитый день лишь повышает шансы столкнуться со злом…Читайте долгожданное продолжение бестселлера «Птичий короб»!
Посвящается Кристин Нельсон
Josh Malerman
Malorie
Исключительные права на публикацию книги на русском языке принадлежат издательству AST Publishers. Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.
Печатается с разрешения автора и литературных агентств Nelson Literary Agency, LLC и Jenny Meyer Literary Agency, Inc.
© Josh Malerman, 2020 Школа перевода В. Баканова, 2020
© Издание на русском языке AST Publishers, 2021
Мэлори стоит в пустом кабинете, вжавшись спиной в кирпичную стену.
Дверь заперта. Свет выключен. Глаза защищены повязкой.
За дверью, в коридоре, уже началась резня.
Тогда в доме, пока она рожала Тома, ее соседи, еще несколько минут назад совершенно нормальные, так же рвали себя и друг друга на куски. Мэлори хорошо помнит эти звуки, они много лет преследуют ее в кошмарах.
Сейчас Том остался где-то там, посреди безумия.
Мэлори тянется к ручке. Прислушивается к воплям. Нужно отпереть дверь, выйти и найти детей.
В коридоре раздаются глухие удары. Кто-то бьется головой о стену.
Мэлори отдергивает руку.
Олимпию она последний раз видела в библиотеке. Девочка читала книгу для слепых. С ней было еще человек двенадцать – слушали музыку (из школьных репродукторов до сих пор звучит классика).
Мэлори старается различить голоса в библиотеке. Надо понять – дошло ли безумие и туда. Если дошло, она сначала пойдет искать Тома.
Мэлори напрягает слух.
Она никогда не будет слышать так же хорошо, как ее дети. Но за годы жизни в школе для слепых имени Джейн Такер она успела кое-чему научиться.
Слишком шумно. В общем хаосе невозможно различить отдельные голоса.
Мэлори вспоминает про слепую Анетт. Всего несколько минут назад Мэлори направлялась в столовую, и вдруг кто-то испуганно закричал: «Анетт, что с вами?!» Потом из-за угла показалась сама Анетт – она шла по коридору с ножом в руках, полы синего халата и длинные рыжие волосы развевались от быстрой ходьбы. Мэлори отметила ее бессмысленно блуждающий взгляд, быстро зажмурилась и замерла.
«Она же слепая! Почему она сошла с ума?» – подумала тогда Мэлори.
Анетт, тяжело дыша, прошла мимо. Откуда-то донесся истошный вопль. Мэлори, не открывая глаз, попятилась в ближайший класс и заперла дверь.
Мэлори снова тянется к ручке. Тома она оставила в учительской, он сидел, глядя на обломки своего последнего изобретения. Ее шестилетний сын вечно что-то изобретает, как и Том-старший. По идее, умилительно. В прошлой жизни Мэлори обязательно умилилась бы. Теперь, в новом мире, она ломает все его поделки и напоминает сыну – повязке и только повязке можно доверять.
Но как же Анетт? Она слепа. И тем не менее безумна.
В коридоре творится что-то невообразимое. Дерутся двое. Судя по голосам, мужчина и женщина. По звукам Мэлори ясно представляет себе всю картину. Противники царапают, рвут друг друга. Стараются выдавить глаза, душат. Хрустнула кость, кто-то разорвал противнику горло.
Неужели это возможно? Голыми руками…
В закрытую дверь ударяется тело и сползает на пол. Победитель тяжело дышит.
Кто из них тогда сорвал с окон одеяла?
Дыхания за дверью больше нет, зато звуки из дальнего конца коридора стали громче – люди бьются о стены, колотят друг друга. Изредка еще слышны разумные голоса.
Мэлори открывает дверь.
В коридоре ничего не происходит. Никто к ней не бежит. Все тихо. Тот, кто стоял за дверью, ушел. Из глубины здания доносятся жуткие крики. Предсмертные хрипы и мольбы. Трещит под ударами кулаков деревянная обшивка стен. Люди вопят, выкрикивают что-то бессмысленное. Плачут дети. В репродукторах играет классическая музыка.
Мэлори перешагивает через тело, выходит из класса и идет вдоль стены. Ревет сигнализация. Значит, кто-то открыл входную дверь. Ритмичные гудки сирены перекрывают музыку из репродукторов. Сочетание настолько нелепо, что Мэлори пугается – вдруг она уже сошла с ума?
Где-то там, в этом ужасе, ее дети.
Мэлори не хочет даже представлять происходящее, она старается отгородиться, мысленно еще раз закрыть глаза – плотно сомкнуть веки, надежно защищенные повязкой.
Дрожа, она скользит вдоль стены, подавляя желание позвать Тома и Олимпию.
