Я не заметил, как перед моим лицом внезапно выросла фигура молодого человека в джинсовой куртке. Русые волосы, крепкое телосложение, цепкий, прищуренный взгляд и сигарета в зубах. «Я видел этого человека сегодня у подъезда», ― молниеносно пронеслось у меня в голове, только я вспомнил эту самоуверенную нагловатую улыбку. Парень скривил губы в усмешке и попросил прикурить. Я не успел даже ответить – сильный удар отбросил меня в сторону. Схватив меня левой рукой за воротник куртки, незнакомец локтём прижал меня к стене. Обнажив ряд крепких белых зубов, раздавивших во рту сигарету, он прошипел: «Стой тихо». Его злые, уверенные глаза как кинжалы пригвоздили взглядом меня на месте, парализовав волю. Держа меня левой рукой, парень быстро и ловко проверил карманы моей куртки. Он вытащил бумажник и бросил его на мостовую, записную же книжку он засунул в задний карман своих джинсов. Незнакомец ослабил хватку, сплюнул раздавленную сигарету и весело осклабился. «Ну, пока», ― сказал он и, повернувшись, быстро побежал в сторону перекрёстка. Редкие прохожие с удивлением и беспокойством уступали дорогу бегущему человеку, стараясь не столкнуться с ним. Онемевший, я стоял и смотрел, как он вот-вот скроется за поворотом. Вдруг дикая злость на свою беспомощность и слабость овладела мной. «Стой!» ― прохрипел я и закашлялся. Я поднял бумажник и побежал, набирая скорость. «Стой, гад!» ― кричал я. Ноги понесли меня сами. Незнакомец резко свернул за угол дома. Я летел за ним сломя голову. Гнев подгонял меня, заставляя ускорять темп. Глаза впились в светлую джинсовую куртку, постепенно удаляющуюся от меня. Я превратился в расправившуюся пружину. Ноги, послушные моей ярости, сами несли меня вдогонку незнакомцу. Я даже не задержался, когда на следующем перекрестке кто-то громко приказал мне остановиться. Краем глаза я заметил стоявших около белой «девятки» милиционеров. «Он напал на меня!» – крикнул я на бегу, рукой показывая в сторону белеющей впереди куртки вора. Милиционеры что-то кричали, я бежал, боясь упустить из виду спину незнакомца. Я услышал сзади ревущую сирену и лающий громкоговоритель: «Срочно остановитесь». Обескураженный, я сбавил бег, наблюдая, как «девятка», мигая, приближается ко мне. «Стой!» – кричал громкоговоритель. Я остановился, провожая взглядом скрывшуюся за оградой детского садика фигуру напавшего на меня незнакомца. Меня обступили вылетевшие из подъехавшей машины милиционеры. «Руки на капот! Ноги шире!» – закричал на меня высокий сержант, схватил за плечо и бросил на машину…
В сопровождении патруля я зашёл в отделение милиции. Сонный дежурный недобро посмотрел на меня и окружавших меня милиционеров.
– Кто это? ― хмуро бросил он сержанту.
– Да вот, не подчинился требованиям милиции, пытался убежать, ― сказал сержант и сунул мой паспорт в окошко дежурному.
Дежурный взял паспорт, вяло посмотрел на первую страницу, полистал его и небрежно бросил себе на стол.
– Давай его сюда, ― буркнул он.
Меня завели в дежурку и посадили на стул рядом со старым пустым столом. Дежурный сел напротив, снова взяв в руки мой паспорт.
– Значит, оказываем сопротивление органам правопорядка, ― искоса поглядывая на меня и продолжая листать паспорт, сказал дежурный и после некоторой паузы недоверчиво и слегка с издёвкой добавил: ― Руслан Анатольевич Кондратьев, значит?
Я посмотрел на офицера. Толстая шея, редкие волосы бобриком, нарочито устало-равнодушный вид и острые маленькие глазки. Я попытался снова рассказать свою историю:
– Я уже объяснял, я ни от кого не убегал. На меня напали, и я пытался догнать напавшего на меня. Он сбил меня с ног и хотел украсть бумажник.
– Ну, ну. ― Дежурный окинул меня подозрительным взглядом, не отпуская ни на секунду мой паспорт. ― Пил?
– Нет. Я абсолютно трезв. Поймите, товарищ лейтенант…
– Капитан.
– Извините… Поймите, товарищ капитан, на меня напали, и я пытался догнать этого человека… Я уже объяснял сержанту. Надо было задерживать того, а не меня…
– Ты нам указывать будешь? ― зло, с издёвкой спросил дежурный. ― Мы ещё проверим, кто ты такой… Чё-то ты не похож на уважаемого господина Кондратьева. ― Дежурный показал мне мою фотографию в паспорте и ткнул в неё своим маленьким пухлым пальцем. ― Смотри, совсем не похож.
– Это мой паспорт и моя фотография, ― тихо сопротивлялся я.
– Слышь, Павлов, ― окликнул дежурный сержанта, стоявшего по ту сторону окошка, ― похож этот на фотографию?
Сержант недобро ухмыльнулся.
– Не очень… ― с ехидцей буркнул он.
– Видишь, придётся остаться у нас до выяснения личности. Может, ты вон из этих, ― дежурный кивком головы показал на стенд «Их разыскивает милиция», который весь был увешан нечёткими фотографиями и рисунками преступников. ― Вон, на того с усами ты похож, только усы сбрил, типичный террорист… Так что, посидишь у нас до утра.
Я начинал понимать, что меня просто так уже не отпустят. И перспектива остаться до утра в обезьяннике меня не очень вдохновляла.
– Товарищ капитан, я понимаю, но можно как-то быстро проверить мою личность… Мы можем договориться.
Дежурный криво улыбнулся:
