Как только дежурный офицер доложил императору о прибытии офицера с донесениями от принца Мюрата, тот подошел ко мне с членами королевской семьи Испании и громко спросил: «Что нового в Мадриде?» Не желая говорить в присутствии других людей и считая, что лучше подготовить Наполеона к тем новостям, которые я привез, я ограничился тем, что передал императору депеши,
Закончив чтение, Наполеон подозвал меня, и мы направились к уединенной аллее, где он стал расспрашивать о сражении в Мадриде. Я видел, что он разделяет мнение Мюрата и тоже считает, что победа 2 мая сломила сопротивление испанцев. Я был уверен в обратном, и, если бы Наполеон спросил меня, что я думаю по этому поводу, я бы не стал лукавить. Но я должен был только почтительно отвечать на вопросы императора и не мог поделиться плохими предчувствиями напрямую. Рассказывая о мадридском мятеже, я очень живо описал то отчаяние, которое охватило испанцев, когда они узнали, что членов королевской семьи собираются препроводить во Францию. Я говорил о проявившейся в этом сражении яростной отваге не только мужчин, но и женщин, о том сумрачном и угрожающем настроении, которое сохранили жители Мадрида после нашей победы… Я уже был близок к тому, чтобы раскрыть императору мои мысли, но он перебил: «Ба! Они успокоятся и будут меня благословлять, когда увидят, что их страна выходит из беспорядка и позора, куда ее завела самая слабая и коррумпированная власть, которая когда-либо существовала!» После этой тирады, произнесенной сухим тоном, Наполеон приказал мне вернуться в конец сада и попросить короля Карла IV и королеву присоединиться к нему. Я поспешил к ним, а он медленно шел за мной, перечитывая на ходу депеши Мюрата.
Бывшие государи Испании подошли к императору, он, вероятно, сообщил им о мятеже и сражении в Мадриде, так как Карл IV живо подошел к своему сыну Фердинанду и сказал ему гневным тоном: «Ты доволен, несчастный?! Мадрид был залит кровью моих подданных, эта кровь пролилась из-за твоего преступного восстания против отца! Пусть она прольется на твою голову!» Подошла королева, тоже осыпала своего сына упреками и даже подняла на него руку! Дамы и офицеры из вежливости удалились, чтобы не присутствовать при этой отвратительной сцене, которую прекратил Наполеон. Фердинанд не ответил ни единого слова на суровый выговор родителей. В тот же вечер он отказался от короны в пользу своего отца. Он сделал это не столько из раскаяния, сколько из опасения, что его обвинят в заговоре, свергнувшем Карла IV.
На следующий день старый король, уступив подлому желанию мести, которое обуревало королеву и князя Мира, передал императору все свои права на испанскую корону. Он поставил несколько условий, главное из которых — передача в его владение Компьенского замка и леса, а также содержание в семь с половиной миллионов франков. Фердинанд тоже трусливо отказался от своих прав наследника в пользу Наполеона, который дал ему миллионное содержание и прекрасный Наваррский замок в Нормандии. В тот момент этот замок, так же как и Компьеньский, ремонтировался, и король Карл IV, королева Испании, королева Этрурии и князь Мира временно отправились жить в Фонтенбло. Фердинанд, два его брата и дядя были отправлены в Валансьен, в прекрасный край Берри, в замок, принадлежавший Талейрану. Там с ними хорошо обращались, но их охранял гарнизон под командой полковника Бертеми, бывшего ординарца императора. Так произошло самое несправедливое в современной истории ограбление.
Во все времена после честной и открытой войны победа давала победителю право на побежденную страну. Но скажем прямо, что поведение Наполеона в этой скандальной истории не было достойно этого великого человека. Предложить свою помощь в урегулировании отношений между отцом и сыном, заманить обоих в ловушку; обобрать и того и другого… это был жестокий, отвратительный поступок. История его осудила, а Провидение не замедлило наказать, так как именно война в Испании подготовила и привела к падению Наполеона.
Надо, однако, быть справедливым: совершая политически нечестный поступок, император понимал, что его поведение достойно осуждения, и я знаю от одного из его министров, графа Дефермона, что он признался в этом на совете. Но он добавил, что в политике никогда нельзя забывать великую истину: «Хороший результат и необходимость оправдывают средства». Справедливо или нет, но у императора было твердое убеждение — чтобы удержать север, надо основать под защитой Франции большую империю на юге Европы, что невозможно исполнить, не обладая Испанией. Получив возможность распоряжаться этим прекрасным королевством, Наполеон отдал его своему старшему брату Жозефу, бывшему до этого королем Неаполя.
