Пять или шесть дней спустя те, кто затеял это деяние, поняли, что не достигли своей главной цели (а таковой были не столько гугеноты, сколько [гугенотские] принцы крови [300]), и, поддерживая раздражение по поводу того, что король мой муж и принц де Конде (младший) были оставлены [в живых], а также понимая, что никто не может посягать на короля Наваррского, поскольку он – мой муж, они начали плести новую сеть. Королеву мою мать стали убеждать в том, что мне нужно развестись. Я узнала об этом уже во время Пасхальных праздников [301], на одной из церемоний утреннего пробуждения королевы-матери. Она взяла с меня клятву что я скажу правду, и потребовала ответа, исполнял ли король мой муж свой супружеский долг, и если нет, то это повод для расторжения брака. Я стала ее уверять, что не понимаю, о чем она меня спрашивает. Могла ли я тогда 298 36. Генрих д’Альбре, барон де Миоссанс и де Коарраз (ок. 1536-1599) – сын Жана д’Альбре и Сюзанны де Бурбон, родственник Генриха Наваррского как со стороны отца, так и матери, в то время – его первый камер-юнкер. Будущий генеральный наместник и губернатор Беарна и Нижней Наварры.
299 37. Жан д’Изоре, сеньор д’Арманьяк (ум. 1591) – (точнее – Жан д’Арманьяк, сеньор д’Изоре, – см. http://armagnac.narod.ru/Texts/MercFr.htm, – Распознаватель) – первый камердинер короля Наваррского. Благополучно пережил Варфоломеевскую ночь, позднее был назначен бальи Лудена. Погиб при осаде Шартра.
300 38. Гугенотские принцы крови – это Генрих де Бурбон, король Наваррский, и его двоюродный брат Генрих I де Бурбон, принц де Конде (1552-1588) – сын принца Людовика I де Конде и Элеоноры де Руа. Оба отреклись от протестантской веры во время Варфоломеевской ночи, чтобы спасти свои жизни.
301 39. По сути, Маргарита говорит здесь уже о пасхальных праздниках следующего, 1573 года, которые выпали на март.
говорить правдиво, как та римлянка, на которую разгневался ее муж за то, что она его не предупредила о его дурном дыхании, и ответившая, что была уверена в том, что у всех мужчин пахнет так же, потому что кроме него ни с кем не была близка… [302] Но как бы то ни было, поскольку она [королева-мать] выдала меня замуж, в этом положении я и хотела бы оставаться, сильно подозревая, что в желании нас разлучить с мужем заложена злая уловка. [52]
[Пропуск в рукописи]
302 40. Королева Наваррская намекает здесь на сюжет из «Славных мужей» св. Иеронима Стридонского (347 – ок. 420), который приводит диалог римлянки Билии и ее мужа, римского консула.
1573
Мы сопровождали короля Польши до Бламона [303]. За несколько месяцев до своего отъезда из Франции он попытался всеми путями заставить забыть меня дурные примеры его неблагодарности и возобновить наши дружеские отношения в той мере, в какой они существовали когда-то, обязывая меня дать соответствующие клятвы и обещания с именем Бога на устах [304]. Его отъезд в Польшу и болезнь короля Карла, возникшая почти в то же время, всколыхнули горячие головы обеих партий королевства, начавших строить различные планы [305]. Гугеноты, в стремлении отомстить за смерть адмирала, заставили в письменной форме короля моего мужа и моего брата герцога Алансонского присоединиться к ним [306]. Незадолго до [53] дня Святого Варфоломея мой брат герцог Алансонский был воодушевлен ими надеждой на 303 1. Генрих де Валуа, герцог Анжуйский был провозглашен королем Польши 11 мая 1573 года на сейме польского дворянства. В то время он находился в армии, осаждавшей Ла-Рошель. В августе в Лувре состоялся пышный прием польской делегации, прибывшей за своим королем. В конце сентября двор двинулся в путь провожать избранного польского монарха на его новую родину и в итоге достиг Бламона, маленького городка в Лотарингии, на границе с германскими княжествами. Пребывание двора в Бламоне продлилось с 29 ноября по 2 декабря 1573 года. Проводив короля Польши, двор направился назад в Париж. См.: Шевалье Пьер. Генрих III. С. 289 и далее.
304 2. Свидетельствует мемуарист Шеверни: «Королева Наваррская в моем присутствии обещала [королю Польши] сохранять к нему большие дружеские чувства, и я уверен, она так и сделает, если вскоре ее не развлечет что-либо иное» // Cheverny, Philippe Hurault, comte de. Mémoires / Ed. Michaud et Poujoulat. Paris, 1838. P. 472.
305 3. Здоровье Карла IX стало заметно ухудшаться летом 1573 года, когда кровь пошла горлом. Это был туберкулез – наследственная болезнь всех последних Валуа. В ноябре королю стало так плохо, что он был вынужден прервать проводы своего брата и остался в Реймсе. Уже тогда все политические интриги стали разворачиваться вокруг потенциального наследника трона – герцога Алансонского. См: Simonin Michel. Charles IX. Paris, 1995. P. 392, 397.
