Кажется, на пятый день с утра тысячи орудий открыли огонь по Сапун-горе. Полетели туда и реактивные снаряды прославленных «Катюш» и «Андрюш». Беспрерывно действовала и авиация. Стоял сплошной гул, даже тряслась земля. Над Сапун-горой стоял сплошной дым. Затем начался штурм. На склоны горы шли танки, а за ними бежали тысячи солдат и матросов с криками «Ура!». Наш батальон тоже шел на штурм. Кажется, после такой бомбежки и артминобработки Сапун-горы там ничего живого не осталось. Но оказалось не так. Противник штурмующих встретил ураганным огнем. Один за другим загорались наши танки и падали солдаты, но штурм не прекращался. Некоторым танкам уже удалось достичь вершин Сапун-горы, а на одной из вершин уже развевался красный флаг, весь продырявленный осколками и пулями. Поставили его на вершину моряки из приморской армии. И на этот раз овладеть Сапун-горой не смогли. Только в нескольких местах на маленьких плацдармах сумели зацепиться на вершинах Сапун-горы. Начали спешно окапываться. Немец просто засыпал нас минами. Даже днем невозможно было высунуть голову из окопа. Раненых и убитых при штурме было много. Только наступившая темнота ночи дала возможность отправить всех раненых. Убитых хоронили в больших могилах тут же у склонов Сапун-горы. Наш батальон после этого штурма очень поредел.
Наша авиация днем и ночью бомбила вражескую оборону. С каждым днем усиливался и артминогонь. Еще в нескольких местах наши войска сумели овладеть вершинами Сапун-горы. Вражеский огонь все еще был сильный. Частенько налетали и их самолеты. Особенно ночами действовала немецкая авиация. Больше всего бомбила «хлопушками». Это огромная металлическая коробка, в которой не одна сотня мелких, как гранаты, бомб. Коробка раскрывается в воздухе и мелкие бомбы как горох сыплются на землю. Даже в простейшем укрытии эти «хлопушки» не страшны. На открытых же местах от них не укрыться. Здесь, на склонах Сапун-горы, у нас плохо обстояло дело с питьем. Правда, недалеко от нашей обороны был колодец, но в нем было мало воды, и днем к нему трудно было подойти. Уже не один смельчак поплатился жизнью. А ночью его вычерпывали досуха. Пищу доставляли только в термосах и ночью. Днем всякое движение было опасно. Всю ночь наши «Кукурузники» летали над Сапун-горой и сбрасывали бомбы. На наших глазах не было случая, чтобы был сбит наш самолет. Немцы такие самолеты прозвали «Русь фанер». Этот «русь фанер» давал им жару не только ночью, но и днем. Летали они совсем низко, но были неуязвимы. Надо отдать им должное, этим военным работягам.
Однажды ночью недалеко от нашего расположения зенитчики сбили огромный немецкий транспортный самолет. Он не взорвался, а разбился на части. Люди, находившиеся в нем, все до одного погибли. А было их там много. Много было в самолете и разного груза, особенно продуктов питания. Часть их подобрали наши солдаты. Консервам ничего не сделалось, и они пошли в ход. Этих разнообразных консервов можно было много набрать, но по этому месту немцы открыли минометный огонь. А потом еще и самолеты пробомбили. Все до основания изрыли. А через день после этого случая один за другим были сбиты два немецких истребителя. Из первого летчик выбросился на парашюте и был взят в плен солдатами нашего батальона. Второй самолет, объятый пламенем, врезался в землю. Погиб, конечно, и летчик.
