А сейчас коротко расскажу и о самой развед-роте. Командиром развед-роты был лейтенант Степанов. Кадровик. Степанов побывал уже на фронте и был ранен в ногу. Долго лежал в госпитале, но так полностью и не долечился. Рана до сих пор на ноге открытая, и ходит он немного, чуть-чуть, прихрамывая. И как он только умудрился выписаться из госпиталя, похоже на то, что он просто убег оттуда. Или сумел уговорить врачей, и они пошли ему навстречу. Степанову лет 26-27, но не более, а может и даже менее. Ошибиться не должен. Комиссар развед-роты, морской офицер, лейтенант Рябцев Александр. На лицо он красивый, роста небольшого. Возраст его такой же, как и у Степанова. Пом. по тех. роты ст.лейтенант Воробьев. Он же и парторг роты. Этому лет за тридцать. Ну а взводные командиры – это младшие лейтенанты: Максимовских, Арапов, Андреев и Быков. Правда, Быков – командир взвода бронемашин, а те трое остальные – командиры взводов автоматчиков. Все они были уже не особенно молодые, особенно Андреев. Максимовских и Быков – эти много моложе. Быков сильно быстро говорил, ну как из пулемета строчил. Иной раз трудно разобрать, что он говорит. Старшина роты из моряков, высокого роста, а вот фамилия у него странная какая-то – Махиня.
Личный состав роты состоял из моряков Тихоокеанского флота. Конечно, не полностью из моряков, были и солдаты, и немного даже молодых ребят, лет так по восемнадцати. Моряки были не только в развед-роте. Больше половины всего личного состава корпуса составляли моряки. Вот это действительно будет грозная сила для врага, когда корпус прибудет на фронт!
Здесь я немного забежал вперед. В тот день, когда нас распределили по подразделениям, вечером мы собрались на квартире. Наши вещевые мешки с личными вещами были выброшены на улицу. Повыбрасывал их хозяин дома – старик. Взяв вещевые мешки, мы вошли в дом. Хозяин сидел за столом. Когда мы хотели пройти в комнату, он выскочил из-за стола и встал в дверь. Не пущу, говорит. Ну что ты с ним будешь делать? Какой все же противный старик! Да его и стариком-то назвать нельзя. Отрастил большую бороду, вот и похож на старика. Лет пятьдесят ему, не более. В комнату мы все же прошли, оттолкнули его от дверей. Тогда он ворвался к нам, начал матерно ругаться. Алаева пнул ногой, кулаком ударил Ахбулатова, немного попало и мне. Арапов не смог себя сдержать и так ему съездил по волосатой роже, что он вылетел из комнаты и растянулся в кухне на полу. Мы сначала даже перепугались, думали, что старик убился насмерть. Но ничего с ним не сделалось. Отлежался, а вот зуба одного не досчитался. После этого настал мир. Старик начал с нами жить дружно. Не обижался. Понял, что сам виноват. А вот жена старика была исключительно хорошая женщина.
Всех моряков, которые входили в состав корпуса, переодели в солдатскую форму. Но не так-то было просто заставить моряка сменить бушлат на серую шинель и надеть обмотки. Пришлось побеседовать не один раз с некоторыми. В конце концов уговорили и самых упрямых. У нас в развед-роте тоже не все сразу переоделись. Но когда командир Рябцев снял свою морскую форму и надел защитную общевойсковую форму, тогда уже переоделись все остальные. Им так и сказали, что это временно. Закончим войну, и снова наденете морскую форму. При себе разрешили оставить тельняшки и ремни, а все остальное должны сдать на хранение старшине.
На городской площади была выстроена вся бригада, тут же находились тысячи жителей города. Здесь на трибуне представители горисполкома и горкомитета ВКП(б), вручали нашей бригаде знамя. Знамя принял командир нашей бригады, сухонький старик небольшого роста полковник Пашков. За глаза его уже успели прозвать «батей», «наш батя». Да он и на самом деле батя и есть. По возрасту пожилой, ни одного человека нет в бригаде старше его. Батя выступил с ответной речью.
Спустя два дня после этого события началась погрузка в эшелоны. И вот наступил час, когда нам пришлось распрощаться с В.Уфалеем. Думали, что уже едем на фронт. Но далеко до фронта не доехали. Остановились на станции Костарево Московской области. И вот не так далеко от станции в сосновом бору начали оборудовать лагерь.
Землянки строили прочно и красиво, строго по плану. Были наделаны аллейки и посыпаны красным песком. В самих землянках тоже был порядок. Понаделали нары, столы и даже печки. После того как лагерь был готов, начались регулярные занятия. Здесь же дополучили недостающую технику и вооружение.
7 ноября 1942 года в лесу, на большой поляне, был выстроен весь личный состав бригады вместе с боевой техникой. Состоялся смотр. С машины с открытыми бортами, превращенную в трибуну, выступил комбриг полковник Пашков. Перед развернутым бригадным знаменем он дал клятву с честью выполнять возложенные задачи для бригады в предстоящих боях и заверил, что с этим знаменем бригада дойдет до фашистского логова – Берлина. Над лесом раздалось громкое продолжительное «Ура!»
2.На фронт
