— Да-да. Большое Вам спасибо. Нужно будет посмотреть задвижку на вольере. — Она оглянулась к себе за спину и краем глаза заметила Адама. — Я … — девушка уже поняла, что этот парнишка — её последний шанс избавиться от ухажёра, но вот что предпринять, не знала.
— Мэм, — продолжил тем временем рабочий, — мы сейчас сняли с того дома электросчётчик, — показал он себе отогнутым большим пальцем за спину. — Там такое старьё, — парень досадливо поморщился, — что ни хрена, гхм, ничего не видно: какой он марки и даты изготовления. У вас старый счётчик, мэм?
— Да, — кивнула девушка.
— Могу я посмотреть его серию?
— Да, конечно. — Тэсс отошла с прохода. — Проходите.
Тот виновато или даже заискивающе улыбнулся Адаму, и с готовностью ринулся в дом, всё так же опасливо косясь на мистера Стюарта. Парень рванул прямиком в гостиную. Тэсс опомниться не успела, как его спина уже готова была скрыться в проходе двойных дверей.
— Молодой человек, кухня налево.
— Ох, — рабочий вернулся в коридор и, благодарно улыбнувшись, завернул в кухню.
— Я даже найду вам техпаспорт от счётчика, чтобы Вы посмотрели. — Направилась за ним хозяйка, отпуская с рук Матисса, но тут же подскочила от резкого стука — это захлопнулась входная дверь за вылетевшим на улицу Адамом. Девушка поспешила к окошку в прихожей и увидела, как он направляется к машине. Она даже не дождалась, когда несостоявшийся муж сядет в авто, а поспешила к рабочему и, появившись в кухне, застала его разглядывающим электросчётчик за подвесными шкафами.
— Вам нужен его паспорт? — Тэсс подошла к столу и взялась за ручку верхнего ящика.
— Нет-нет, — парень покачал головой. — Я увидел всё, что хотел, — повернулся он, улыбаясь. — Большое Вам спасибо. — И направился на выход. — До свидания.
— До … свидания … — пролепетала, опешившая Тэсс.
Рабочий подошёл к выходу, потрепал по холке, провожавшего его Матисса и вышел, аккуратно притворив за собой дверь.
— И Вам большое спасибо, — прошептала ему вслед девушка.
Андрей позвонил где-то часа через полтора.
Вообще-то, после посещения «Джо-Мэри» Тэсс впала в состояние сомнамбулы. «Окуклилась». Она всё так же ходила на работу и так же с неё приходила и даже неплохо справлялась с пациентами, но вне и кроме этого шевелилась только по мере необходимости и за неимением другого выхода.
Первыми из головы исчезли мысли о работе.
Если раньше медицина была частью её жизни, её мира, то сейчас осталась только средством зарабатывания денег. Всё. Теперь её мир переместился совсем в иное место. Равно как и её сердце. Её мысли, её приоритеты, чаянья и желания попали в другое измерение, подпали под юрисдикцию иных законов и потекли в другом направлении. Женщины на работе теперь казались какими-то чужими неинтересными тёткам, а иногда так и откровенно раздражали.
Да и всё остальное интересовало ненамного больше. Только в понедельник, через три дня после расставания с Андреем, она посмотрела в зеркало и равнодушно отметила, что прыщ наконец-то «сдох». Он как будто только и появлялся для своего чёрного дела, а когда сыграл отрицательную роль второго плана, решил «уйти со сцены». Потом она открыла ноутбук, нашла там два письма от Сибилл, одно — от дядюшки и, не вскрыв их, и не заглянув на Facebook, закрыла гаджет.
Хлопнув крышкой, Тэсс почувствовала, что теперь не только является подругой такого мужчины как Андрей Дексен и в его присутствии в ней просыпается маленькая девочка, такая вот вся непосредственная, забавная и умильная, которая ни за что не отвечает и её задача максимум — быть самой собой; помимо всех этих «бонусов» она всё ещё остаётся вполне себе самостоятельной, самодостаточной женщиной, внутри которой натянулся некий нерв. Такой тоненький и болючий. Уж не много ли она на себя взяла? Уж не слишком ли щедра к ней судьба? А если она залезла не в свой «огород»? Ведь внимание и симпатия со стороны такого мужчины может вскружить голову так, что принять желаемое за действительное — секундное дело. К тому же ещё и чертовски приятное. А если за всё это придётся заплатить — а заплатить обязательно придётся — она готова?
У ног сидел Матисс. Верный пёс явно улавливал своими антеннками настроение его королевы и старался не оставлять её без внимания. Констанция улыбнулась Матиссу и принялась гладить, тормошить и взъерошивать жёсткую, но шелковистую шерсть. Пёс тут же поспешил облизать ей руки и шею, и девушке полегчало.
— Конечно, не готова, — призналась она своему верноподданному. — Но что это меняет?
Так, с перерывом на работу, Констанция провалялась три дня. Это было то самое время, когда девушка не сильно ждала звонка от Андрея, да и до приёма в усадьбе оставалась почти неделя.
