Мужчина очень старался успеть помыть свою женщину, пока ещё не созрела следующая волна желания, но поводив по её изгибам ладонями с огромными хлопьями пены, проскользив по нежному, гладкому, субтильному, стройному девичьему телу, не выдержал, впечатал в стену и вошёл в женщину.
После того как она, не имея ничего более удобного, чтобы выместить чувства от оргазма, оставила на его спине несколько длинных ярких багровых полос своими ноготками, а он кончил ей в горло, они вышли из душа, и Тэсс наконец-то смогла рассмотреть саму комнату, стены которой были покрыты каким-то искусственным инеем.
— Вообще-то, эта техника называется «карамель», но, если её выполнить в ослепительно белом цвете, она сразу начинает напоминать иней. — Андрей накинул девушке на голову огромную белую махровую простынь и укутал как ребёнка.
Пол напоминал поверхность замёрзшего озера с его трещинами, похожими на дорожки пролитого молока, размытостью очертаний глубины и сине-бирюзовым цветом самого стекла. Умывальник сделали на манер проруби, Тэсс даже удивилась, что ей не холодно посреди такого антуража. Но зато её ни капли не озадачило отсутствие самой ванны. Ванны не было.
— А что это за модный дом такой, Фрагонард? — взяла она с полочки два небольших совершенно одинаковых железных флакона с названием «Fragonard parfum».
— Это не дом, это завод, где работают парфюмеры.
— Ты купил этот запах сразу у парфюмера?
— Только один.
— Что значит «один»?
— «Один» значит «сразу». — Улыбнулся мужчина. — Это два разных запаха. — Он взял у девушки первый флакон и, открыв крышку, поднёс к её носику. Потом проделал то же самое со вторым флаконом. — Они разные. Один я сразу же купил у парфюмера, у «носа» как их называют во Франции, а второй он мне сделал на заказ чуть позже. Ими нужно пользоваться вместе.
— А слить их в один флакон нельзя?
— Можно. Но это будет уже совсем другой запах. Мне он не нужен.
Из ванной дверь матового белого стекла вела в бассейн. Это оказался довольно большой овальный резервуар на возвышенности, в изголовье которого висела установка для подачи потока.
— А что там? — кивнула гостья подбородком на ещё одну дверь, ведущую дальше.
— Спортзал, — Андрей прошёл, распахнул и её. Тэсс проследовала за ним и заглянула внутрь. Опять боксёрская груша, гантели, беговая дорожка, какие-то стойки, пылесос, шкаф с утварью. Но и в этой комнате тоже оказалась дверь в дальней стене.
— Господи, у тебя какая-то безразмерная квартира, как кроличья нора. Эта дверь тоже куда-то ведёт?
— Да, — улыбнулся хозяин «кроличьей норы». — В коридор с тростью. Круг замкнулся, Тэсс. Трость висит на самом деле не на стене, а на двери, которая открывается только с этой стороны.
— Уверена: это ещё не все секреты твоей квартиры.
— Обижаешь, — ухмыльнулся мужчина.
— Кстати, о секретах, — спохватилась Тэсс, разворачиваясь идти назад в спальню и подхватывая руками простынь, которой того и гляди грозилась протереть полы во всей квартире. — Ты знаешь, Дэни узнал, что это ты увёл у него Брук. Да. — Андрей закрыл дверь спортзала, девушка остановилась и опять развернулась к нему. — Сам позвонил и ругался, мол: почему я ему сразу не сказала, да и вообще, что у нас тут происходит, почему «балерина» дерётся с половиной школы, вот стоило ему уехать, как всё полетело к чертям.
Мужчина невесело засмеялся. Он опустил голову и посмотрел на свои босые ноги.
— Ты ничего не хочешь сказать на это? — не дождалась она его ответа.
— Нет.
— Почему?
— История стара как мир, — скривился он. — Всё уже давно сказано.
— Да только толку…
— Да, — кивнул он и в согласии прикрыл глаза.
Мисс Полл очень ждала, что Андрей скажет что-нибудь плохое о Брук. Очень-очень. И когда не дождалась, уже вот-вот готова была наябедничать, что эта пигалица чуть не выдрала ей все волосы, но всё-таки сдержалась.
«Так нельзя, — вздохнула девушка. — Как бы мне не было больно, ей ещё хуже».
Мистер Дексен тоже вспомнил мисс Селестье. Он, конечно же, мог предотвратить эти разборки блондиночки с Тэсс, но всё-таки решил дать выход её эмоциям брошенной женщины. Лучше уж пусть Брук хоть как-то выместит обиду и успокоится, чем забить в ней эту злобу глубоко и далеко, где она будет зреть и тлеть и неизвестно во что выльется и не исключено, что в самый неподходящий момент.
«Да и с этим гондоном ещё не всё. Тоже может беды наворотить», — размышлял мужчина ночью, обнимая свою девушку в постели.
А ещё сегодня Андрей оценил усилия Тэсс не поднимать тему контрацепции. Он был впечатлён. Она оказалась крепким орешком, когда задета её гордость и истинные ценности.
Но не при мистере Дексене быть крепким орешком. Он, правда, тоже волновался, но твёрдо знал, что если не дождётся красиво-удобного случая, то создаст его сам.
Однако, вышло всё наоборот.
Второй раз, когда Тэсс осталась у него ночевать, судьба уже полностью взяла дело в свои руки, оставив мистера Дексена не у дел, и позаботилась о том, чтобы он свалился с температурой.
