И еще на пол-страницы подобной лабуды. Рогозин несколько раз быстро моргнул и снова вчитался в письмо. Его смысл не изменился.
Саша снова выругался.
Леопардша сожрала Давида.
Скрепыш:
Я оглядела внушительный список закрытых тикетов. Искин неплохо так потрудился! Отделу внутренней техподдержки, наверное, понадобилась бы пара недель, и то если работать только по этим тикетам, ни на что не отвлекаясь.
Скрепыш:
Анимация Скрепыша почесала лапкой в просвете над глазами.
Скрепыш:
И глазки такие умильные сделал, прям котик просит рыбки.
Скрепыш:
Скрепыш:
Я предоставила искину самостоятельно развивать эту мысль. Вариант высадить его из своей головы мне нравился всё больше. Но против его желания этого не сделать, тут у меня иллюзий не было, так что угрожала я больше для того, чтобы выразить своё негодование. А вот если он сам захочет свалить, то я готова помочь. Если, конечно, он оставит мне рычаги управления собственным телом.
Тем временем, судя по шорохам снаружи от моей затемнённой кабинки, люди начали расходиться из офиса. За панорамным окном показывали закат. Я осторожно приоткрыла дверь на пару сантиметров и приложила к щели лоб – как оказалось, камера, через которую я получаю картинку извне, вовсе не в районе моих глаз, а на лбу. Неудивительно, что мне все люди кажутся низкорослыми вблизи.
Народ и правда расходился. По одному, прощаясь до завтра, они исчезали в коридоре, откуда уже неслись громкие воодушевлённые голоса – люди предвкушали отдых. Отлично, сейчас они разойдутся, и я тоже улизну домой нюхать чай и лежать на кровати! Надо вообще деньги посчитать, мне там Евстигней кое-чего подзаработал…
И тут я поняла, что последняя уходящая из опенспейса Гера держит в руке ключ. Такой здоровый, металлический, с бородкой, мативо, ключ!!! Не какой-то там электронно-магнитный замок, который Скрепыш вскрывает одним прикосновением ауры, а натуральный ключ, запирающий натуральную же собачку замка! И торчать мне тут до утра, наблюдая закат и восход!