– Ты ведь понимаешь, что друзьями мы точно вновь не станем?
– Я бы надеялась, что ты однажды меня простишь. Но, если не сможешь, то да, я пойму, – ответила девушка, смахивая у внутренних уголков глаз слёзы. – Как думаешь, твоя мама смогла бы принять его обратно? Может, хотя бы у вашей семьи есть шанс всё наладить?
– Ты наивна! – прыснула нервным смешком я. – Теперь уже ничего нельзя будет исправить. И тебя бы я ещё могла понять, ты всегда была такая беспечная и недалёкая. Но отец-то – взрослый разумный мужчина, как казалось, по крайней мере. – Флоренс только молча всхлипнула. – Как давно это началось? – поинтересовалась я.
– В начале прошлой весны. После твоего дня рождения.
– Чёрт возьми! Да тебе же ещё восемнадцати тогда не было!
– Мы встречались до выпускного, а потом Ричард сказал, что этому пора прекратиться и никто не должен узнать, поэтому оплатил мне учёбу в университете на другом конце страны при условии, что я туда отправлюсь в самое ближайшее время.
– Ах вот, почему ты решила уехать… – риторически произнесла я.
– Да, а потом, когда я приезжала в гости и мы ночевали у тебя, он предложил на утро подвезти нас с Грейс, и, как только её высадил, начал говорить, что не может меня забыть и что любит, и что хочет уйти от твоей мамы, – Флоренс теперь уже открыто рыдала. – И я почему-то на это повелась. Бросила университет, приехала обратно через пару дней. Твой отец поселил меня в отеле, приказав сидеть тут целыми днями, чтобы никто случайно не выяснил, что я вернулась.
– Мы заметили тебя с девочками в начале января в городе. И после они тоже видели вас вместе несколько раз. И узнала я обо всём потому, что моя однокурсница засняла вас на видео и прислала мне, – сообщила я.
– Просто меня сводило с ума торчать здесь, и я сбегала периодически. Но каждый раз он как-то узнавал и тут же приезжал, чтобы вернуть обратно, убеждая, что скоро разберётся с разводом и прятаться больше будет не нужно. И за те два месяца, что твой отец жил со мной, мне стало ясно, что я не хочу всего этого. Я даже к родителям не могла пойти, потому что говорила им, что поступила в университет, выиграв гранд. А теперь моя жизнь разрушена – я потеряла тебя, своё достоинство, и мне нечем будет оплачивать дальнейшее обучение.
Я смотрела на то, с какой болью рассказывала всё Флоренс, и даже не могла злиться. Нет, она не была невиновата и не сказать, что стала заложницей обстоятельств, но ошиблась она действительно очень масштабно.
– Собирай все свои вещи и пойдём, – заявила я.
– Куда?
– Доставлю тебя родителям. А там объясняй им, что хочешь. Но здесь ты оставаться точно больше не должна.
Девушка, суетясь, похватала разбросанную по комнате одежду и бытовые принадлежности, кинув на покрывало. Затем растерянно огляделась, нагнулась и вытащила из-под кровати бумажный пакет с ручками, куда всё и засунула. Я посмотрела на время, достав Айфон, и позвонила Эвану, который сообщил, что будет уже через три минуты.
Когда мы вместе с Флоренс вышли, он одарил меня недоумевающим взглядом, но ничего говорить и спрашивать не стал, только дружелюбно поздоровался с моей спутницей и отвёз нас к дому её родителей по названному мной адресу.
– Я даже не уверен, что хочу знать, – сказал насмешливо Фитли, когда Фло вышла из автомобиля, шепнув мне «Спасибо».
– Позже объясню, – хмыкнула я. – Так что, куда ты собрался меня отвезти?
– На концерт Hurts, – беззаботно улыбнулся он и нажал на педаль газа.
– Это… Да ты..! – не могла я найти слов от негодования, вспомнив, как я ходила с ним в январе покупать билеты. – Ты изначально собирался со мной пойти?
– Конечно, – уверенно отозвался Эван. – С кем же ещё?
– А сразу почему не сказал?
– Ну, надо же было посмотреть на то, как ты надулась от злости, когда подумала, что я пойду с какой-то другой девушкой, – захохотал он, и я стала обиженно лупить его по плечу. – Осторожней, я же водитель, – продолжая веселиться, наигранно возмутился парень.
– А если я возьму и откажусь сейчас? – с вызовом сказала я.
– Серьёзно? Домой тебя отвезти?
– Блин, нет! Но жестоко так было поступать!
– Вот ответь хотя бы самой себе честно, если бы я сказал о своём отношении к тебе ещё тогда, в ноябре, ты бы дала мне шанс?
– Думаю, нет, – начистоту ответила я.
– Значит, всё сложилось не напрасно. Или ты теперь жалеешь, что любишь такого придурка? – ухмыльнулся Фитли.
– Нет, не жалею – невольно заулыбалась я.
– Это было нечто! – воскликнула я, когда мы вышли на безлюдный задний двор клуба. – Я даже и представить не могла.
– Ну, я же говорил, – довольно произнёс Эван, подошёл ко мне со спины и обнял, уткнувшись носом в затылок.
Я выскользнула из его объятий, переплетя наши пальцы, отошла на расстояние, которое позволяла длина рук нас обоих, откинула свободную ладонь в сторону и пропела:
– «And it feels better than love»[22].
– У тебя хороший голос, – засмеялся парень и, отпустив мою руку, полез в карман за сигаретой.
