– Ты нужна мне. Пожалуйста, ты так нужна мне. Я идиот, я сделаю что угодно ради тебя. Только лишь бы с тобой всё в порядке было.
Ощущаю, как его щека касается той моей ладони, что он держит. А потом губы. И до меня доносятся его сдержанные всхлипы. А дальше я падаю куда-то в темноту.
Проснулась я в холодном поту и растерянности от только что увиденного сна. И, как ни странно, испытывая страх и панику. Будто это на самом деле всё со мной было. Но это какой-то бред. Я не помню об Эване ничего после того, как поцеловала его чуть больше полугода назад и его слов, что это было недоразумением и больше не повторится, а затем мы перестали с ним общаться.
Я снова подумала о том моменте в кафе на встрече с подругами, когда услышала песню, вызвавшую у меня странные воспоминания. Никто никогда не говорил мне об Эване с того момента, как меня сбила машина на пешеходном переходе. У меня из-за сотрясения головного мозга случилась ретроградная амнезия, но родные и друзья помогли мне восстановить практически все воспоминания своими рассказами, как и психотерапевт определёнными методами и наводками. Но никто не упоминал Фитли. Ни разу.
Включив лампу на тумбочке, я села на кровати и взяла телефон. Пролистала контакты: у меня даже номера Эвана нет. А на Фейсбуке его страница удалена, и ни одного сообщения в чате с ним… Как если бы мы вообще не были знакомы.
Но я явно чувствовала, что что-то не так. Откуда эти сны и воспоминания? Может, просто последствия травмы? Воображение разыгралось? Или это было вообще с Кеном? Но во время аварии с моим участием Кеннета точно рядом не было и не могло быть.
Я спустилась на кухню и стала заваривать себе чай. Похоже, этим я разбудила всегда чутко спящую маму, и она присоединилась ко мне через несколько минут.
– Опять бессонница? – спросила она, широко зевая и доставая для себя кружку тоже.
– Нет, не совсем. Скорее, кошмар, – честно сказала я. – Извини, что опять потревожила.
– Ты не пила снотворное вчера вечером?
– Я не пью его уже недели три, с тех пор как и без него стала нормально засыпать.
– Ну, может, стоит ещё некоторое время на всякий случай… – сказала устало мама, подставляя кружку, чтобы я налила в неё кипяток из чайника.
– Лучше схожу на дополнительный сеанс к доктору Чону, – сообщила я.
– Тебя что-то беспокоит?
– Да какая-то каша в голове. Надо разобраться, что из снящегося является частью утраченных воспоминаний, а что мой мозг просто додумывает.
– Да, сходи, – задумчиво произнесла мама и вместе с кружкой куда-то торопливо пошла.
Когда у моего врача начался рабочий день, я позвонила и смогла договориться о визите прямо на сегодня. И, подойдя к маминому кабинету, чтобы сообщить об этом, невольно подслушала, как она говорила с кем-то по телефону:
– А если она что-то поймёт?.. Нет, ничего пока… Не знаю… Может, твоя потаскушка что-то рассказала… Я не начинаю… Заплати ему больше, значит. Всё, пока. – После чего я выждала секунд пять и громко постучала по косяку двери согнутым указательным пальцем.
– Да, детка, – улыбнулась как ни в чём не бывало мама.
– Я записалась на сеанс уже сегодня. Через полчаса поеду.
– Хорошо. Может, подвезти тебя?
– Да нет, спасибо, я сама.
– Потом домой вернёшься? – спросила мама.
– После обеда у меня консультация по экзамену. Так что перекушу где-нибудь и сразу в университет поеду.
Мама удовлетворённо закивала, и я направилась обратно к себе в комнату. О подслушанном разговоре я старалась не думать, потому что не хотела даже предполагать, что близкие люди что-то могли от меня скрыть. Да и объяснения произнесённым матерью словам я не могла придумать. И с кем она могла разговаривать? Может, это вообще был рабочий разговор.
– Мне твои родители рассказали, что тебя стали мучить кошмары, – сообщил доктор Чон, когда я зашла к нему в кабинет и расположилась на кресле, закинув ноги на пуфик.
– Они вам сказали? – удивилась я и нахмурилась. – А вы тоже им докладываете то, что я обсуждаю с вами здесь?
– Нет, врачебную тайну я соблюдаю. Но получать информацию о твоём состоянии не только от тебя мне никто не запрещает. – Этот ответ меня немного успокоил, однако настроение и уверенность в необходимости текущего посещения всё равно подпортил. – Расскажешь, что тебе снилось? Может, что-то ещё тебя тревожит? – спросил психотерапевт.
– Я не подумала, что стоило поделиться этим ещё в прошлый раз, но пару недель назад я услышала одну знакомую песню, которая вызвала у меня воспоминания о человеке, которого я почти не помню и о котором никто мне ничего не говорил, когда все помогали вернуть память после травмы. А этой ночью мне приснилось, что тот человек был со мной, когда меня сбила машина, – сообщила я.
– Насколько по возникшим ощущениям ты уверена, что это могут быть воспоминания?
– Ну… Не знаю, воспринималось очень реалистично. По крайней мере на тот момент, когда появлялось в голове. А сейчас уже не уверена. Я как будто вижу это где-то в тумане или за толстым стеклом, если можно так выразиться…
Доктор кивнул и пометил что-то в моей карте.
