Ее глаза распахиваются, а рот беззвучно открывается при мысли о таком внезапном и серьезном развитии наших отношениях. Но, слава Богу, она не отказывается сразу. Розалина несколько секунд молчит, а потом обретает голос.
— Ты… — бормочет она. — Ты делаешь мне предложение?
— Не совсем, но…
— Мы скажем, что поженимся…
Моей сообразительной красавице нужно еще пару мгновений, чтобы всё понять.
— О, да! Бенволио, ты гений!
Она подпрыгивает и порывисто обнимает меня. Если бы она знала, что при этом творится у меня внутри.
— Блестящий план! — она продолжает сиять. — Если Тибальт и Меркуцио поверят, что мы поженимся, они должны будут признать, что Капулетти и Монтекки — одна семья. Мы всех спасем!
Она кружится на месте в порыве волнения и вдохновения.
— Это идеально, Бен! Племянник и племянница глав семейств… И почему до этого никто не додумался раньше? Они могли бы закончить вражду в два счета, если бы захотели.
— Что ж, — улыбаюсь я. — Тогда ее закончим мы. И больше ничто не помешает нам…
— Видеться! Свободно общаться, приходить друг к другу на пиры. Отлично!
Честь требует, чтобы семья не убивала семью, так что я всем сердцем верю, что наш план сработает. Даже Меркуцио, который пренебрегает понятием чести и вообще не Монтекки по крови, воздержится от убийства родственников своего лучшего друга.
Розалина дарит мне еще одну улыбку.
— Значит, в полдень в «Дикой землеройке»? — уточняется она.
— Если ты согласна.
— Да!
Мы проходим еще некоторое расстояние в приятной задумчивости, но Розалина то и дело забегает вперед. Не выразить словами, как я рад, что она поддержала мой план. И, может…
— Бен, а ты уже думал о настоящем браке? — интересуется она.
К моим щекам приливает кровь, и я просто киваю в ответ, чтобы не начать заикаться.
— А как бы ты это сделал? Предложение, я имею в виду. Какие тут… Каких бы традиций ты придерживался?
Несмотря на предмет разговора, тон, которым она задает вопросы, скорее академический, а не романтический.
— Ну, — я пожимаю плечами. — Если это будет брак по любви, то я бы хотел что-то возвышенное. Много поцелуев, лунный свет и я, преклонив колено, предлагаю девушке драгоценный камень и свою любовь, которая продлится всю жизнь.
Ее сладкий вздох меня очень радует.
— А что насчет тебя? — спрашиваю я, слегка наклоняя голову, чтобы скрыть свой интерес. — Ты бы, наверное, хотела чего-то пышного и торжественного?
К моему великому потрясению, она качает головой.
— Я уже не уверена, что вообще хочу замуж. Это… слишком рискованно, когда брак на всю жизнь.
Что это? Кто-то только что вонзил кинжал мне в сердце? Клянусь, кажется, так и есть.
— Но… — я пытаюсь подобрать слова. — Вчера тебе нравился Меркуцио. Если бы он позвал тебя замуж, ты бы разве не согласилась?
Она звонко хохочет.
— Это вряд ли! Одно дело, что он мне нравился, но выходить за него замуж я точно не собиралась. К тому же… — она печально вздыхает. — Вот об этом я и говорю. Я позволила себя очаровать, и всё закончилось падением с балкона. Нет, я не могу себе позволить еще одну ошибку. Только не когда на кону вся моя жизнь.
Темп ее речи замедляется, а взгляд становится задумчивым.
— Ты поймал меня, и наша ночь… Обсуждение медленных поцелуев…
Она быстро качает головой, словно стряхивая с себя воспоминания о волшебных моментах, что мы разделили. Ее улыбка осторожна.
— Фальшивой помолвки будет более чем достаточно, Бен. Когда город забудет о междоусобице, мы скажем, что расторгли ее, и оба будем свободны.
Это совсем не то, на что я рассчитывал. Остаток пути мы идем молча. Только рядом с рыночной площадью я немного замедляюсь, а Розалина непонимающе смотрит на меня.
— Если нас увидят вместе в этот час, — поясняю я, — это будет серьезным ударом по твоей репутации.
Видимо, размышления о нашем плане заняли все ее мысли, раз она забыла о предосторожности.
— Да, ты прав. Было бы разумно расстаться здесь.
Но никто из нас не двигается.
Не хочу ее отпускать. Пытаюсь придумать повод, чтобы поговорить с ней еще хотя бы минуту.
— Эм… А как ты заманишь Тибальта в таверну?
В ее глазах вспыхивает озорство.
— О, это будет просто! Я скажу ему самую откровенную чушь…
Но прежде, чем она успевает мне всё объяснить, мы слышим звук шагов, которые приближаются к нам. Подмигнув мне, Розалина приподнимает подол юбок и торопливо уходит.
— До встречи, Бен, — громко шепчет она на прощание.
Слуга Ромео, Бальтазар, появляется рядом со мной как раз в тот момент, когда Розалина скрывается за углом собора. У него есть новости для меня. И это серьезно.
Слава всем Богам за то, что послали мне Бенволио. Сам того не подозревая, он разработал план, который спасет Ромео и Джульетту! Сегодня к полудню мы позовем Тибальта и Меркуцио в таверну и торжественно объявим, что обручились. Они будут вынуждены признать, что Монтекки и Капулетти теперь одна семья.
Пока я иду до дома, мне кажется, что могу взлететь к облакам! Больше не будет повода для драмы, и Ромео с Джульеттой могут делать, что захотят. Когда их связь вскроется, они уже не будут считаться врагами.
