Меня с тобой связал Баку...(СИ) полностью

Мы ехали всего пятнадцать минут и на удив­ле­ние, мне да­же не бы­ло страш­но ехать в не­из­вес­тном нап­равле­нии. За это вре­мя я ни ра­зу не по­жале­ла о моем ре­шении спасти Эмму, хо­тя вы­бора-то у ме­ня осо­бо и не бы­ло. Она многое натерпелась. Она человек и имеет полное право на жизнь, а я хочу помочь ей в этом. Я знаю, что Эмма Харрис Уайт знает то, чего не знаю я, и она единственная, кто сможет мне помочь найти ответы на мои вопросы.

Мои раз­думья прер­вал рез­кий удар сзади по ма­шине. Я обер­ну­лась и за­мети­ла чер­ную машину, ко­торая пы­тал­ась нас дог­нать.

— Что происходит? — встревожилась я.

— За на­ми по­гоня! — сказала Мелани и сразу же при­бав­ила ско­рость.

Бедная женщина, вжимаясь в спин­ку си­дения, выпучила свои испуганные глаза на меня. Страх окутал ее с ног до головы и не заметить это было просто невозможно. Я взялась за ее холодную руку, чтобы та хоть немного успокоилась. Тем временем ма­шина упорно пы­та­ет­ся вре­зать­ся в нас, но подруга прибавляет больше скорости.

— Отстали, — выдохнула Мелани.

Пос­ле­ду­ющие ча­сы мы еха­ли в ти­шине. Мелани молча вела машину, а Эмма сидела чуть ли не собравшись в комочек, как маленький ребенок, и смотрела в окно. Пре­делы города Баку мы по­кину­ли еще нес­коль­ко ча­сов на­зад и уже на­чина­ло тем­неть. Спустя четыре часа утомительной езды мы наконец-то доехали до города «Гянджа» по адресу, что дал нам Джонатан Стюарт. Это его дом и находится он в трехстах шестидесяти двух километров от столицы. Дом небольшой, просторный, обвеян уютом. По­сере­дине гостиной сто­ит длин­ный и мас­сивный стол из крас­но­го де­рева, что под­черки­вает бо­гатый вид этой ком­на­ты. Сле­ва и спра­ва от не­го кра­суются раз­личные кар­ти­ны. На ок­нах ви­сят што­ры бордового цвета с зо­лотыми узорами.

— Гос­по­ди, что они с то­бой сде­лали? — спро­сила я, раз­гля­дывая ее ра­ны.

Она вся в уши­бах и ра­нах. Я села перед ней на корточки и дос­тала бинт. Налив на ра­ну ан­ти­бак­те­ри­аль­ное средство, я подняла голову и взглянула на женщину. От боли она немного прищурилась. Я ос­то­рож­но по­дула на ее рану и пов­торила про­цеду­ру.

— Потерпи немножко, — Я на­чала за­маты­вать ее ко­лен­ку, не сильно стя­гивая бин­ты, чтобы ей не было больно, — Как себя чувствуешь? — с­про­сила я, но от­ве­та не пос­ле­дова­ло. Ее подав­ленный вид и уставшие гла­за без слов го­вори­ли о том ужасе, что она пережила за все это время. Бедная женщина. Столько тя­желых лет она про­вела вза­пер­ти, не ви­дя ми­ра, не ви­дя свою дочь, ничего, кро­ме жес­то­кос­ти и внутренней пустоты. В ее сердце, как и в моем одна лишь пустота. Кажется, что мы пережили одно и тоже: она потеряла дочь, а я мать. Я пред­ста­вить се­бе не мо­гу, ка­кого это — потерять дочь, надеяться на то, что когда-то увижу ее вновь. Хотя дочь ей вернуть у меня не получится, но я в силах дать ей сво­боду, которую она заслуживает. И я дам ей ее.

— Мир изменился. Совсем не такой, каким я его помню.

— Все меняется… — вздохнула я, — Теперь все позади. Вы свободны!

— Моя дочь тоже на свободе. Мне сказали, что она умерла, но я знаю, она жива. Я чувствую, что она где-то поблизости. Ее сердце бьется…

Я взглянула в ее гла­за — в них бы­ло ис­крен­нее вол­не­ние и будто что-то знакомое. Ощущение, что я не раз видела эти глаза и этот взгляд. Что это за ощущение? И почему оно меня преследует? В моей голове варится каша и Бог знает, что это все означает. Иногда, даже думаю, не сошла ли я с ума?

— Ложись, — Я ле­гонь­ко пог­ла­дила ее по ру­ке и помогла лечь на мягкую, только что застеленную кровать.

Выйдя из комнаты, чтобы не мешать ей отдохнуть, я достала телефон, ко­торый, как ока­залось, сто­ял на без­звуч­ном ре­жиме, и увидела поч­ти десять про­пущен­ных от Амира. Он, по­хоже, на­бирал меня все это вре­мя. Я попыталась перезвонить, но не получилось, телефон выключен.

Пока я ждала Амира, каждые десять минут заг­ля­дывала к Эмме Харрис. Бо­ял­ась, что у нее нач­нется бред или еще что-то. Она ведь женщина больная, мало ли что может произойти. Но на удивление, она мирно спа­ла и время от времени во сне мямлила что-то невнятное. Уже вечером, ус­лы­шав, как ключ по­вора­чива­ет­ся в зам­ке вход­ной две­ри, я поняла, что это приехал Амир. И я оказалась права.

— Мелани сказала, что за вами была погоня. Как ты? — первое, что спросил брюнет, когда вошел в дом. Ничего не ответив, я просто обняла брюнета, и внутренне благодарила Бога за то, что он вернулся целым и невредимым, — Ты вся дрожишь…

— Все в порядке. Ты вернулся, теперь со мной точно все хорошо.

Он смотрит в мои глаза, а я неловко отвожу взгляд и вновь концентрирую внимание на его глазах.

— Где Эмма? — спросил он, когда мы прошли в гостиную.

— Спит, — ответила я и спустя секундного молчания продолжила, — Что мы будем дальше делать? Эмма с нами, а Большой папа наверняка в ярости. Я уверена, что он уже везде ищет нас.

— Здесь нас он не найдет.

— А если все же найдет?

— Если найдет, мы уедем обратно в Баку. Или в другое место.