– Ферн Тейлор больше не писала тебе любовных писем, Броузи? – спросил Бинс в темной палатке.
– Я считаю, Ферн красивая, – донесся из спальника голос Поли. – Она отлично выглядела на выпускном. Ты ее видел? Пусть пишет мне любовные письма в любое время.
– Никакая она не красивая, – возразил Бинс. – Она похожа на Пеппи Длинныйчулок.
– Кто такая, черт возьми, эта Пеппи Долгопупс? – проворчал Джесси, пытаясь уснуть.
– Моя сестра смотрела сериал про Пеппи Длинныйчулок – взяла как-то кассету в библиотеке и так ее и не вернула. У этой девчонки были кривые зубы и рыжие косички, торчавшие в разные стороны. Она была тощей, неуклюжей и глупой. Прямо как Ферн. – Бинс ткнул Эмброуза пальцем.
– Ферн не глупая, – отозвался Эмброуз. Он удивился, как сильно его задевали насмешки Бинса.
– Ла-а-адно, – рассмеялся Бинс. – Но как будто это что-то меняет.
– Еще как меняет. – Грант не мог не вставить свои пять копеек. – Кому нужна девушка, с которой не о чем поговорить?
– Мне! – рассмеялся Бинс. – Зачем говорить, пусть просто снимает одежду.
– Ты свинья, Бинс, – вздохнул Поли. – Повезло тебе, что все мы здесь любим бекон.
– Ненавижу бекон, – снова проворчал Джесси. – А еще я ненавижу, когда вы начинаете трепаться перед сном. Заткнитесь.
– Джесси, ты и впрямь Злая Волшебница Востока, – рассмеялся Поли. – Злая Волшебница Среднего Востока. – Поли написал песню, в которой Ирак был Страной Оз, и тут же каждый из ребят получил прозвище.
– А ты Страшила, тупица. Это ведь у него не было мозгов?
– Да. Страшила звучит угрожающе. Что думаешь, Грант?
– Уж точно лучше, чем Дороти, – засмеялся тот в ответ. Он совершил ошибку, заявившись как-то в спортзал в красных борцовках. Если они не были в патруле и не спали, то тягали железо. Больше им нечем было заняться в свободное время.
– Почему бы тебе не стукнуть каблучками, Дороти, чтобы мы могли отправиться домой? – спросил Поли. – Эй, а как так вышло, что тебе не досталось имя, Бинс?
– М-м-м… Вообще-то у меня есть имя – Коннор. Так что, кажется, ты ошибаешься. – Бинс начинал клевать носом.
– Пусть он будет Жевуном… или Тото. В конце концов, он всего лишь маленькая шавка, которая громко лает, – предложил Джесси.
Бинс насторожился:
– Только попробуй, Джесс, и я расскажу Марли, как ты целовался с Лори Стрингхэм в спортзале. – Бинса всегда задевали комментарии о его росте. Он был отличным борцом в своей весовой категории – 60 кг, других преимуществ вес не давал.
– Броузи – Железный Дровосек, потому что у него нет сердца. Бедняжку Ферн Тейлор огорчило это открытие. – Бинс снова попытался перевести внимание на Эмброуза.
– Броузи – Железный Дровосек, потому что он сделан из металла. Черт возьми, сколько ты сегодня поднял в жиме лежа, Броуз? – включился в разговор кто-то из отряда. – Ты чертов монстр! Тебя в пору Железным Человеком называть.
– Ну вот опять, – простонал Джесси. – Сначала Геракл, теперь Железный Человек. – Ему не нравилось, что Эмброуз всегда получал все лавры, и он не скрывал этого.
Эмброуз рассмеялся:
– Я дам тебе победить меня завтра в армрестлинге, Ведьмино Дерьмо, идет?
Джесси усмехнулся. Его недовольство всегда было скорее напускным.
Все в палатке стихло. Лишь изредка в темноте раздавался случайный всхрап или вздох, но Эмброузу не спалось. Он размышлял о том, что сказал Бинс. Рита Мардсен была красивой. У него дух от нее захватывало. Он думал, что влюблен в нее, пока не понял, что на самом деле ничего о ней не знает. Она не была глупой, но и умной не казалась. Эмброуз долго пытался понять, почему в своих записках она казалась такой привлекательной, а когда они оставались наедине, все очарование улетучивалось. В конце концов красота стала меньше его прельщать. Эмброузу нравилась девушка, которая писала эти записки.
Он уставился в темноту. Девушкой была Ферн Тейлор. Выходит, ему нравилась Ферн? Он тихо усмехнулся. Они бы довольно глупо смотрелись с ней, маленькой, несуразной и некрасивой, хоть на выпускном она и выглядела привлекательно. Ему неприятно было видеть ее, в золотом платье, танцующей с его глупыми друзьями. Должно быть, в тот момент он еще не до конца простил ее за ту шутку, которую они провернули с Ритой.
Он попробовал избавиться от этих назойливых мыслей, о той ночи на озере и почти убедил себя, что поцеловал ее из-за временного помутнения рассудка. Последний отчаянный шаг перед тем, как покинуть дом. Она не писала ему, хоть и обещала. Раздражение давно прошло, и сейчас он был бы рад получить от нее письмо.
Его охватила тоска по дому. Они точно больше не в Канзасе[23]. Он думал о том, во что втянул себя и парней. В глубине души Эмброуз не считал себя ни Гераклом, ни Железным Дровосеком. Он был Трусливым Львом. Сбежал из дома и прихватил друзей – как защиту, как группу поддержки. Только что он забыл в Стране Оз?
Ирак
– Марли говорит, что Рита выходит замуж, – сказал Джесси, глядя на Эмброуза. – Твою бывшую уводят из-под носа, Броузи. Что скажешь?
– Ну и дура.
