— Не хочешь подняться наверх? — спросил меня Джаред. Я посмотрела на часы, еще было рано ложиться спать, но я была истощена как физически, так и эмоционально, из-за сегодняшних событий. Я молча согласилась и поднялась с дивана. Мы пожелали спокойной ночи Келли и Тауни и отправились в комнату Джареда.
Как только мы оказались в безопасности четырех стен его комнаты, я начала раздеваться. Мне было жизненно необходимо оказаться голой и прикоснуться к телу Джареда. Я начала расстегивать лифчик, но Джаред остановил меня.
— Что ты делаешь?
— Мне нужно это, я хочу ощутить твою кожу на себе.
Джаред вздохнул и протянул мне мою майку.
— У нас не будет секса, Отэм, я никогда не поставлю тебя в такое положение снова, и я не буду заниматься сексом, пока не пройду тест и не буду убежден, что я чист.
Я выхватила майку из его руки и кинула ее на пол.
— Я не просила тебя заняться со мной сексом. Мне лишь было нужно оказаться ближе к тебе. Так близко, как это возможно, без секса. Кожа к коже.
Я уронила лифчик на пол, сняла с себя джинсы и трусики и забралась в кровать Джареда в чем мать родила. Я залезла под одеяло и начала ждать его.
— Думаешь, это хорошая идея? Что, если ты захочешь?.. Я не думаю, что найду в себе силы отказать тебе, и я действительно не собираюсь заниматься с тобой сексом.
— Джаред, обещаю, я просто хочу полежать с тобой. У меня даже нет сил думать сейчас о сексе и, честное слово, у меня нет никакого желания думать об этом после сегодняшнего.
Он кивнул и начал раздеваться. Он снял все, но оставил боксеры, а потом залез в кровать.
— Кожа к коже, Джаред. Пожалуйста, — умоляла я.
Он молча сделал то, что я просила, сняв боксеры и забравшись ко мне под одеяло. Мы пододвинулись в сторону друг друга. Я обняла его, а его руки соединились за моей спиной. Мы переплели наши ноги, и я прислонилась ухом к его груди, слушая его сердцебиение.
Все, что произошло с нами до этого, будто ушло. Прошедшие несколько недель пыток и полное игнорирование друг друга были забыты. Мы нуждались друг в друге, чтобы залечить свои раны. Мы лежали в полной тишине, и я смотрела в окно, наблюдая за тем, как темнота медленно затягивала солнце.
Я смотрела до тех пор, пока солнце полностью не скрылось из вида, передавая место ярко светящей луне и мерцающим звездам в ясном небе.
Джаред, не осознавая того, играл с моими волосами, а я кончиками пальцев вырисовывала небольшие круги на его груди.
— Почему ты так злишься на Вивику? — вопрос вырвался сам собой, но это все, о чем я могла сейчас думать. — Я имею в виду, понимаю, что ты злился из-за возможности заразиться ВИЧ, но ведь Вивика не знала, чем мы с тобой занимались. Ты хотел трахнуть меня без презерватива, хотя я и не из твоего бизнеса.
Я почувствовала, как он задвигался подо мной, и поэтому подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Ты другое дело, малышка. Я знал это с того момента, как встретил тебя, может, даже еще раньше, со времен рассказов Тауни о тебе. Прямо там я знал, что хочу тебя, и я не хотел, чтобы нам что-то мешало, даже небольшой кусок латекса. Ты была лишь с одним мужчиной, — продолжил он. — Поэтому я знал, что ты чиста, и мне просто нужно было быть с тобой… Внутри тебя… Один на один с твоим телом. Это может звучать банально или как реплика из какого-нибудь фильма, но я знал, что ты можешь спасти меня, очистить, сделав снова целым. Ты могла быть и не девственницей, но женщины, с которыми я спал, имели практически такое же количество партнеров, что и я. Ты другая. Секс что-то значит для тебя, и ты посвятила восемь лет одному мужчине. Я знал, что, если ты согласишься переспать со мной, я тоже буду что-то значить для тебя, и поэтому не хотел все портить презервативом.
Его слова произвели на меня целебный эффект. Я больше не волновалась из-за сегодняшних событий, потому что сейчас он изливал мне свои чувства, и я как губка впитывала в себя каждое слово.
— Вивика безрассудна и всегда была такой. У нее проблемы с отцом, и она ходит в бары, где сможет трахнуть какого-нибудь мужика средних лет, в стельку пьяного, который подсознательно будет напоминать ей мужчину, бросившего ее. Мы все предупреждали ее быть осторожной, но, когда она крутится вокруг этих мужчин, она думает только о том, как получить их одобрение. Если они не хотят надевать презерватив, она не настаивает. Вот почему я был так зол. Когда компания снова начнет работать, я разорву с ней контракт. Я не могу допустить, чтобы актеры были так неосторожны с судьбами других людей.
Я опустила глаза и стала снова выводить круги на его груди.
— Это правда, что сказала Келли? Ты уже несколько недель не снимался?
— Да, — нерешительно прошептал он.
— Но почему? Я не понимаю. Ты любишь свою работу, ты сам говорил мне.
