Однако, продолжал Уэйнрайт, если ничего такого не случится, Майлзу надо попробовать расширить свои знакомства, внимательно ко всему прислушиваться и собирать информацию. Только вначале не следует проявлять любопытство.
– Действуй постепенно, – предупредил его Уэйнрайт. – Не торопись, сохраняй терпение. Пусть распространится слушок; пусть люди сами к тебе пойдут.
Только когда Майлза признают, он начнет стараться больше узнавать. Он начнет осторожно выспрашивать о поддельных кредитных карточках, проявляя личную заинтересованность и стремясь приблизиться к тому месту, где ими торгуют.
– Всегда есть кто-то, – напутствовал его Уэйнрайт, – кто знает кого-то еще, тот знает другого, участвующего в деле. Таким образом ты сможешь пробраться внутрь.
Время от времени, сказал Уэйнрайт, Истин будет докладывать ему. Но никогда лично.
Упоминание о необходимости докладывать напомнило Уэйнрайту о том, что надо объяснить про Вика. Он сделал это напрямик, не опуская ни малейшей подробности. По мере того как он говорил, он заметил, что Майлз побледнел, и вспомнил ночь в квартире Истина, момент предъявления обвинения и разоблачения, когда так ясно проявился инстинктивный страх молодого человека перед физическим насилием.
– Что бы ни произошло, – твердо произнес Уэйнрайт, – я не хочу, чтобы ты говорил или думал потом, будто я не предупреждал тебя об опасностях. – Он замолчал, раздумывая. – Теперь о деньгах.
Если Майлз согласится работать втайне на банк, заявил начальник охраны, он гарантирует ему оплату в пятьсот долларов в месяц, пока – так или иначе – с заданием не будет покончено. Деньги будут ему выплачиваться через посредника.
– Меня наймет банк?
– Конечно нет.
Ответ был безоговорочным, твердым, окончательным. Уэйнрайт уточнил: официально банк никак не будет замешан. Если Майлз примет предложенную ему роль, он будет действовать совершенно самостоятельно. Если с ним случится беда и он попробует вмешать в это «Ферст меркантайл Америкен», его показания будут опровергнуты и ему не поверят.
– С тех пор как ты был осужден и попал в тюрьму, – заявил Уэйнрайт, – мы о тебе ничего не слышали.
Майлз скорчил гримасу:
– Игра в одни ворота.
– Совершенно верно! Но вспомни, я к тебе не приходил, ты пришел сюда. Так что ты и говори – «да» или «нет»?
– На моем месте что бы вы ответили?
– Я это не ты и быть тобой не собираюсь. Но я скажу тебе свою точку зрения. При тех обстоятельствах, в которых ты находишься, у тебя небольшой выбор.
На мгновение к Истину вернулись его юмор и добродушие.
– Здесь хвост отрубят – там голову отсекут. Похоже, карта мне легла неудачная. Позвольте я ещё вас спрошу.
– О чем?
– Если все получится, если я добуду – если вы добудете – нужные вам доказательства, вы мне поможете получить работу в «ФМА»?
– Обещать этого я не могу. Я уже сказал, что правила составляю не я.
– Но у вас есть достаточно влияния, чтобы их обойти.
Уэйнрайт подумал, прежде чем ответить. Он размышлял так: если дело так обернется, он может пойти к Алексу Вандерворту и замолвить словцо за Истина. Успешное завершение дела стоит того. Вслух же он сказал:
– Я попробую. Но это все, что я могу обещать.
– Твердый вы орешек, – сказал Майлз Истин. – Хорошо, я согласен.
Они стали обсуждать посредника.
– С сегодняшнего дня, – предупредил Уэйнрайт, – мы с тобой напрямую больше не встречаемся. Это слишком опасно: за любым из нас могут следить. Нам нужен кто-то, способный передавать послания в оба конца и деньги; кто-то, кому мы оба абсолютно доверяем.
Майлз медленно произнес:
– Хуанита Нуньес. Если она согласится.
Уэйнрайт недоверчиво посмотрел на него:
– Кассирша, которую ты…
– Да. Но она простила меня, – В голосе его звучало возбуждение и радость. – Я ходил к ней, и – да благословит её Господь! – она простила меня!
– Ну и ну.
– Вы спросите её, – сказал Майлз Истин. – Нет никакого основания для того, чтобы она согласилась. Но я думаю.., просто думаю, что она может согласиться.
Насколько верны были предположения Льюиса Д'Орси по поводу «Супранэшнл корпорэйшн»? Надежна ли «Супранэшнл»? Этот вопрос продолжал беспокоить Алекса Вандерворта.
Алекс разговаривал с Льюисом о «СуНатКо» в субботу вечером. В оставшуюся часть уик-энда Алекс взвешивал рекомендации «Делового листка Д'Орси» по поводу продажи акций «Супранэшнл» за любую цену, предложенную на рынке, и сомнения Льюиса по поводу солидности конгломерата.
Все это было в высшей степени важно, даже жизненно необходимо, знать банку. И тем не менее Алекс понимал, что ситуация деликатная, поэтому действовать надо осторожно.
Во-первых, «Супранэшнл» была теперь их основным клиентом, а любой клиент мог справедливо возмутиться, если его собственные банкиры распространяют о нем неблаговидные слухи, в особенности если эти слухи ложные. Алекс же не питал иллюзий: как только он начнет расспрашивать, все станет быстро известно.
