– Большинство, – поправила его Роску. Вообще-то коммандер был прав: все семьи и правда передавали артефакты инородцев семье Стайбла. Но только исходя из того, что эта семья заведовала деятельностью ОИГ, и все образцы попадали туда на изучение перед тем, как разлететься по Доминации. – Или ему вспомнилась старая теория, что во время Последнего штурма Цсиллы эти две семьи заключили предательское соглашение с захватчиками.
Раамас улыбнулся.
– Вот уж не думаю, что патриарха беспокоят байки тысячелетней давности, которые курсанты травят, пока прогуливают занятия, – сказал он. – Особенно столь фантастические. Какое уж там соглашение, когда все захватчики мертвы, а Митт и Стайбла не попали под раздачу вместе с ними.
– И их даже никто не осудил, – добавила Роску. – Это так, всего лишь догадки. Может, он просто не успел выпить каочая.
– Скорее всего, – согласился Раамас. Он помялся. – Капитан, если позволите, еще один вопрос. Простите, если выхожу за рамки, мэм, но мне непонятна ситуация с адмиралом Ар’алани.
У Роску все сжалось внутри.
– Хотите знать, почему мы не ладим?
– Да, мэм, – ответил он. – Я знаю, что меня это не касается. Но поскольку мы видим, как в Доминации повсеместно растет напряжение…
– Вы хотите знать, какие подводные камни нас ждут, реши мы объединиться с другими силами Доминации, – закончила за него Роску. – Справедливое желание. Ладно, слушайте. Несколько лет назад я служила под началом Ар’алани на борту патрульного крейсера «Парала», и однажды мы наткнулись на пиратов, которые осаждали торговую станцию гарвианцев. Хозяева станции почти проиграли, но вдруг изменили тактику и отбились. Я подозревала, что эту тактику им подсказал третий помощник Ар’алани, старший коммандер Траун, и заявила на него.
– И что было дальше?
– Ровным счетом ничего, – сказала Роску, усилием воли контролируя голос. Та история давно осталась в прошлом, а она и так недавно слишком опрометчиво для собственного душевного равновесия разворошила эту эмоциональную ловушку. – Ар’алани прикрыла Трауна, верховный генерал Ба’киф прикрыл ее, и все дело было заметено под ковер.
– Ясно, – кивнул Раамас. – Это тогда вы уволились с флота и перешли на службу в семью?
– Через пару месяцев после того, – сообщила она. – Но в общем, да. Я хотела уйти, патриарх предложил мне должность, и я согласилась. Вот и все.
– Понятно, – сказал коммандер. – Спасибо, капитан. Я признателен вам за откровенность.
– Пожалуйста, коммандер, – ответила Роску. – Старшие офицеры не должны утаивать друг от друга секреты.
– Согласен, – кивнул Раамас. – Еще раз благодарю за уделенное время. Увидимся, когда прибудем на Орнфру.
Еще с минуту после того, как он покинул мостик, Роску молча сидела, методично скользя взглядом по пультам и диагностическим экранам. Эта привычка укоренилась в ней еще со времен службы на флоте.
Верно, у капитана и первого помощника не должно быть секретов друг от друга… кроме самых мрачных и постыдных.
Например, истинная причина, по которой Роску покинула Флот экспансии и обороны. Не из-за ее принципиального протеста против махинаций Трауна и Ар’алани, а потому что где-то через месяц после того происшествия ее саму поймали на незначительном нарушении инструкций. Проступок был мелким по сравнению с преступлением Трауна – и вовсе безобидным.
Вот только на ее защиту никто не встал. Никто не трудился в поте лица, чтобы обелить ее имя. В конечном итоге все, чего она удостоилась, – это предложенный выбор между официальным взысканием и тихим увольнением.
Роску выбрала второе и ни разу об этом не пожалела.
Но потом случился Плекнок.
Она прожигала взглядом экраны, чувствуя, как в голову просачиваются застарелые переживания, несмотря на все попытки подавить их. Тот факт, что семья Кларр в тот раз, можно сказать, вышла сухой из воды, не утешал. То, что никто не умер и семье удалось сохранить репутацию, – тоже.
Зато поедом съедало то, что семьи Митт и Стайбла знали правду о событиях на Плекноке. Чужаки стали свидетелями того, как она снова много на себя взяла и не удержала, точно так же, как не удержала свою должность во Флоте экспансии и обороны.
Хуже всего – об этом знал Траун.
Между их с Трауном семьями остался счет, который непременно нужно было закрыть. Возможно, сегодня на Орнфре ей выпадет такой шанс.
– Приготовьтесь, – сказал Траун. – Пилот, три, два, один.
Получив внезапный прилив мощности, «Джандалин» сорвался с начального вектора и заложил крутой вираж вправо, отчего Трасс вцепился в ремни безопасности. Пока патрульный корабль так кувыркался, звездная панорама за обзорным экраном менялась с безумной скоростью, а под ногами ощущалась рокочущая вибрация, когда пилот разгонял двигатель на полный ход. На секунду Трасс увидел прямо по курсу строй приближающихся паатаатусов… Затем послышался тихий «пух-х», корабль снова крутануло, и он повернулся носом к подбитому угонщику. Спектральные лазеры «Джандалина» полыхнули смазанной вспышкой…
Лаппинсик процедил что-то, подозрительно напоминающее брань.
