Так! Небольшое лирическое отступление. Дело в том, что я уже давно понял для себя одну вещь. Не хотел бы вмешивать сюда паронормальщину или какие-нибудь Высшие Силы, но факт есть факт: на долю повара не выпадает задач, с которыми он бы не мог справиться. Ну вот не бывает такого. Никогда. Проверено тысячу раз, если не больше.
А Вася Каннеллони кто? Вася Каннеллони повар. Ну так погнали, значит!
— Ф-у-у-ууух! — я выбрался на берег, наскоро вытерся собственной футболкой, закинул её на плечо и потопал в сторону здания будущей кухни.
— О! — заметил я Санюшку, кое-как вылезающего из беседки.
И вот… когда вижу его в таком состоянии, — заплывший синяком глаз, взъерошенное гнездо на башке и пересохшие с похмелья губы, — никак не могу отказать себе в удовольствии лишний раз вспомнить, что он возможно Шеймус Мак Брайан, законный властитель цельного острова.
— Сань, погнали со мной!
— Ага, — мотнул головой Аничкин и побрёл рядом. — А где все?
— Мишаня ещё вчера уехал, — начал вспоминать я. — А Гио, кажется, остался в «Дворике».
— А Захар? — вдруг поинтересовался Санюшка. — Прикольный пацанчик, мы с ним вчера забились на концерт сходить и…
— Ребята!
— Ой!
— Ребята, это вы⁈
Вспомнишь, вот и оно. Захар Палыч оказался ближе, чем этого можно было бы ожидать.
Конкретно это воспоминание под влиянием чачи ускользнуло из моей головы, — либо я вообще не при чём, — но Гачин-Мучинский оказался закопан в песок. Одна лишь голова на поверхности торчала. Красная такая, обгоревшая на полуденном подмосковном солнышке голова.
Ну а там, где должно было обретаться туловище Захара, кто-то слепил из песка пышногрудую русалочку. С хвостом, детально прорисованными чешуйками и огромным хером. Причём последнее не стало для меня каким-то откровением. Это же наш культурный код! Пририсовать, приделать, прилепить…
— Вытащите меня, пожалуйста!
— За ножки придётся заплатить голосом, маленькая Ариэль.
— Чо⁈
— Сейчас вытащим, говорю…
Пара минут, и господин полицейский выбрался из заточения. Матерился много. А ещё чесался как вшивый, потому что закопали его прямо в одежде. В итоге Захар Палыч разделся, отряхнулся и пошёл смывать с себя песок, а мы с Санюшкой двинули дальше.
— Утро доброе, — я пожал руку прорабу Гоше.
— Ну-у-у… кому утро, а кто уже почти всю проводку на кухне сделал.
— Правда?
— Правда.
— То есть я могу завозить оборудование?
— Можешь.
— А силовые розетки?
Согласен, я со своими силовыми розетками прорабу всю плешь проел. Но так ведь неспроста! Научен горьким опытом. Прежде чем на кухне заработает плита, промышленный тестомес или что-то подобное, проводка трижды отъеб… сломается, короче говоря. А последний раз, если мне память не изменяет, я так попал с лифтом, пробками и палтусом. И куда меня это в итоге привело?
Ладно, грех жаловаться.
— И силовые розетки, — вздохнул Гоша. — Я помню, Василий Викторович, что для вас это важно.
— Ну отлично!
Время к часу, дел никаких, и почему бы нам с Санюшкой не прошвырнуться за оборудованием? К чему оттягивать? Тем более, что для меня магазин профессиональной кухонной техники — это личный, персональный Диснейленд. А уж если за чужой счёт! Уф-уф-уф, готовьте деньги, Ваша светлость!
— Алло, Гио? — набрал я человека-грузина. — А ты где? Ага… Понял… Слушай, а ты не мог бы ещё разок спросить у мадам Сидельцевой насчёт машины? Съездить надо кое-куда…
Как же быстро делаются дела, если ты князь!
Вчерашний вечер прошёл в каком-то дурманящем азарте. Каюсь. Дорвался. Но не только в шопоголизме дело, но ещё и в опыте. Чай не первый раз открываю заведение в качестве наёмного сотрудника и кое-чего знаю.
Во время первой закупки оборудования, когда господин инвестор морально готов тратиться, поварам как правило покупают всё, что они только попросят. И тут главное ничего не забыть. Пока дают, как говорится, бери. Потому что потом каждая трата будет восприниматься совсем иначе. При работе вдолгую инвестор превращается в сиплого волчару и на каждую просьбу реагирует словами: «Шо? Опять⁈» — с последующим выносом мозга.
Плюс я всё-таки с умным человеком дела вести собираюсь. И эту забывчивость он может расценить как непредусмотрительность, а непредусмотрительность в свою очередь как некомпетентность. Нехорошо получится.
Так что разгулялись мы вчера с пацанами от души.
Взяли вообще всё! Две камеры три на три метра: один холод и один мороз. Фритюр — большой, на две ванны. Гриль — «Феррари» от поварского мира; наполовину непосредственно гриль, а наполовину теппан, с высокими бортами и здоровенным резервуаром под сток масла. Плита — с камнями вместо конфорок, чтобы не намывать её каждый вечер по часу с лишним. А ещё конвектомат, дровяная печь для пиццы, электрический казан, — лишним не будет! — расстойка, тестомес, мясорубка, слайсер, робокоп, хренова гора миксеров-блендеров-измельчителей, холодильники, — как стоячие, так и столы, — доски, шпильки, ванны, стеллажи, ёмкости и ааа… Ааааа! АААААА!!!
— Я сейчас заплачу, — сказал Мишаня, обнимая промышленный дегидратор. — Мы правда его возьмём?
— Правда, Миш.
— Честно-честно?
— Честно-честно.
