– Юна? – Лоним перевёл возмущённый взгляд с Сирены на меня. – Доброе утро.
– Доброе-предоброе, – подтвердила леди Эстель.
Я хорошо знала Лонима, и в его взгляде сейчас читалось не «О чём ты меня хочешь попросить?», а, скорее, «Почему эта нахальная маленькая леди меня трогает?» Ещё я заметила, что у Лонима тоже есть тиаль, в котором полыхает оранжевым пламенем меч.
– Привет, Лоним, – я виновато улыбнулась. – Магистр Риин отпускает нас в Кроуниц, только если с нами поедет кто-то из старшекурсников. Думаю, ты вполне мог бы подойти. Если согласишься. Поедем, пожалуйста!
– Зачем вам в Кроуниц? Первому курсу там ничего не нужно, – подал голос Виттор Оуренский. – Хотя я забыл, вы же побирушки, милостыню просить будете. Рваные платья не забыли?
Один из двух незнакомых парней противно захихикал. Несмотря на внушительные размеры, смех у него был тонкий, как у девушки. Второй выглядел точной копией Виттора, только тёмной его вариацией. Длинные чёрные волосы, тёмные глаза, цепкий взгляд. И тиаль его отличался: в зеленоватой дымке за стеклянными стенками рассекала пространство летящая стрела, прикрытая крышкой с мелкой россыпью изумрудов. Его владелец внимательно меня изучал.
– Мы хотим осмотреть окрестности. А ты, небось, до сих пор в туалет в сопровождении своего ментора ходишь? – съязвила Сирена.
Только сейчас я заметила, что у Виттора тоже есть знак соединения. На его шее расправила крылья птица, которая была едва светлее кожи, поэтому не сразу бросалась в глаза.
– Посмотрите-ка, голодная оборванка умеет кусаться! – парировал Виттор.
– В Кроуниц нужно мне, – боязливо подала голос Фиди. – В лавку «Чары и чарки». Я, вообще-то, второкурсница.
Сидящая за столом компания, включая Лонима, посмотрела на неё так, как будто они её впервые увидели. Фидерика раскраснелась.
– А-а-а, – вспомнил Виттор, – ты та барышня, которая бантики на платья клепает? Вот так магическая склонность! Я даже не удивлён, что вы с этими побирушками нашли друг друга.
Тоненькое хихиканье здоровяка перешло в громкий смех, и на его зелёный жилет изо рта посыпались крошки.
– Я буду учиться на факультете ментальной магии! – Фиди почти уже плакала.
– Выбрала себе нормальную склонность? – не унимался Оуренский. – Понимаю. На тканях для платьев можно разориться, учитывая твои габариты.
Его друг продолжал смеяться, даже молчаливый брюнет улыбнулся краем губ. Фиди всхлипнула.
– Перестань, – предупредила я.
– Не то что? Выпустишь в меня стрелу для белки? Сомневаюсь, что она пробьёт мой жилет, – ответил Виттор.
Я пожалела, что у меня нет с собой лука. Стрелу для белки можно было бы выпустить, например, в глаз. Или в щёку. Мне очень хотелось напасть на этого хама, но я понимала, что в академии этого делать нельзя. А вот Сирена Эстель ни капли не сомневалась: подбежала к патлатому блондину и со звонким, хлёстким звуком врезала ладонью ему по лицу. Тот вскочил, опрокинув стул, и между пальцев у него заиграли знакомые искры. Следом за ним, сдвинув брови, поднялся хохотун. Все взгляды устремились на нас. Лоним обречённо встал между Виттором и Сиреной. Та охотно спряталась за его спину, но продолжала с вызовом смотреть на Оуренского.
– Что здесь происходит?
К нам подошёл молодой мужчина. По его тиалю я поняла, что он маг стихии огня. Только вот мантии на нём не было, он был одет, как воин: плотная куртка с несколькими карманами, перехваченная ремнями, тёмные штаны и высокие сапоги.
– Знакомство, – равнодушно ответил Виттор. – Доброе утро, магистр Фаренсис.
– Студент Оуренский, вы что, собирались напасть на девушек? К тому же первокурсниц? – спросил магистр Фаренсис, кивком указывая на всё ещё искрящиеся пальцы Виттора.
Фиди продолжала всхлипывать.
– Это они на меня напали, – оправдался блондин.
– Сейчас я вижу только плачущую студентку Уорт и угрозу для студентки… эм…
– Сирена Эстель, магистр, – представилась серебристая лилия. – И мне очень страшно. Этот старшекурсник хотел меня сжечь!
– В качестве наказания будете помогать рудвикам готовить бестиатриум к празднику, – решил магистр факультета огня. – И вы, студент Маффин.
Хохотун нахмурился ещё сильнее. Теперь ему было совсем не смешно. Губы его собрались в трубочку, и он посмотрел на Виттора.
– Вообще-то, они правда первые начали, – подал голос тёмный двойник Виттора.
– Я попрошу магистра Десента, чтобы и вам было назначено наказание, студент Оуренский, – это явно было обращено не к Виттору.
– Но я же просто сидел!
– Второй год вы двое учиняете драки в академии, а теперь хотите свалить ответственность на первокурсниц?! – возмутился Фаренсис. – И слышать больше ничего не хочу!
Магистр ушёл, а счастливая Сирена вышла из-за плеча Лонима, довольная своей блестящей победой. Братья Оуренские, казалось, были готовы её растерзать. Мало того, что на щеке Виттора проступили красные следы от маленькой ладони, так ещё им теперь придётся провести время в компании рудвиков. Почему-то я не сомневалась, что эти аристократичные непохожие близнецы рудвиков не любили.