– Не надо, – остановила я друга. – Поверь, маленькая Юна наслушалась сочувствий в Фарелби. Я знаю, что твои – самые искренние, но давай сделаем вид, что ты их высказал, а я – приняла?
– Мне тоже так больше нравится, – согласился Лоним.
Он знал меня, как самого себя, поэтому все свои мысли рядом с ним я могла высказывать вслух. Он был единственным, с кем не обязательно было быть вежливой.
– Мы выбрали, – радостно сообщила Фиди. – Юна, как тебе?
На мой взгляд, этот тиаль мало чем отличался от пары десятков тех, что Фидерика примеряла до этого. Обыкновенная ребристая колба на тонкой цепочке. Некрупная крышка расширялась в Иверийскую корону, правда, из простой тусклой стали.
– Тебе очень идёт, Фиди, – похвалила я.
– И правда, очень, – торопливо подтвердил Лоним. – Идём обратно в академию?
Фидерика довольно кивнула, пряча будущий тиаль в мешочек на поясе, и потянула к выходу увлечённую Сирену.
Прохожих подгонял холодный порывистый ветер, гуляющий по мощёной улице. Люди кутались в плащи, плотнее запахивали накидки и исчезали в плотном тумане. Хмурый Кроуниц прятал в белёсой мгле окружающие скалы, колол нас мелким дождиком и пронизывал сыростью. Мы накинули капюшоны и двинулись вдоль сплошных двухэтажных домов в сторону отделения транспортной компании, которым здесь называли обычное стойло. Угрюмые строения нависали над нами с двух сторон, хлопали ставнями и звенели вывесками.
Меня заинтересовал щит с Иверийской короной, немного проржавевший, но самый настоящий. Под характерной вывеской красовалось название: «ОружейНОРМ». Я даже замедлила шаг, пытаясь заглянуть в решётчатое окно оружейного магазина. Любопытно было бы посмотреть боевые луки. Такие, из которых стреляют не в белок. Но подруги уже ушли вперёд и я поспешила догнать их. Лоним шагал рядом, пряча руки в карманах плаща. Погода была промозглая, и мы торопились добраться до капранов, что отвезут нас в тёплые стены академии. Вдруг впереди идущая парочка остановилась напротив одной двери.
– О нет! – простонал Лоним.
– Мы обязательно должны сюда зайти! – обернулась Сирена. – Юна, пойдём!
Ветер раздувал её капюшон и прятал за тканью лицо. Хорошо был виден только вышитый спереди зелёный крылатый символ Кроуницкой академии. Я проследила за направлением взгляда подруги. Вывеска гласила: «Дамские туалеты». Я догадалась, что речь идёт не об отхожих местах, но всё равно скривилась.
– Вообще-то мы пришли за тиалем, – напомнил Лоним. – И мы его уже купили.
– Не будь занудой, – сморщила носик Сирена. – Неизвестно, когда ещё раз получится сюда выбраться.
– Ну, хорошо, – разрешил Лоним. – Я подожду на улице.
– Как будто мне нужно твоё разрешение! – Сирена уже поднялась на низкое крыльцо и скинула капюшон. – Юна, ты идёшь?
– Я, пожалуй, тоже подышу свежим воздухом, – попыталась отвертеться я. – Платья – это не моё.
К счастью, девушки не стали настаивать.
– Просто ты ещё не подобрала свой фасон. – Фиди толкнула дверь в лавку. – А это очень важно.
– Да, у меня просьба! – крикнул вслед Лоним. – Вы не могли бы захватить оттуда пару чулок? Непрозрачных. Лучше чёрных.
– Извращенец, – заключила Сирена и скрылась в здании.
– Ты же не собираешься наказывать местных торговцев фруктами? – спросила я Лонима, когда мы остались наедине.
По улице проехали двое всадников на капранах и свернули на какую-то узкую улочку. Нас обдало сильным потоком ветра, и я придержала свой капюшон. От ледяного порыва я вздрогнула и хлюпнула носом. Ранняя осень на севере была непривычно холодной.
– Почти, – улыбнулся Лоним. – Завтра праздник семи стихий. День, когда можно узнать, чего ты стоишь на самом деле. Показать, что ты умеешь. В первую очередь – самому себе. Понимаешь, те разрывные стрелы, с которыми ты уже знакома, это моё изобретение. Я вкладываю в маленькую искру магическую силу, которая активируется при ударе и расширяется. И происходит…
– Взрыв, – вспомнила я.
– Я убеждён, что смогу впечатлить магистра Фаренсиса. Он, как и я, интересуется новыми видами оружия и наукой. Магией механизмов, – увидев моё замешательство, пояснил Лоним. – И ещё хочу показать свои способности магистру Десенту. Он только приехал, первый год в академии, но уже успел заслужить уважение студентов. Говорят, до этого он служил в армии Квертинда.
– Разве нельзя сделать это на занятиях? – спросила я. – И для чего тебе маскировка?
Из-за скал, словно издеваясь, выглянуло холодное солнце. Тусклые лучи его совсем не грели, но хорошо осветили покрасневшие кончики ушей Лонима.
– Это совсем другое, Юна, – взволнованно пояснил мой друг. – Я хочу, чтобы меня запомнили. Только, боюсь, такое представление не всем может понравиться. Надалия Аддисад против демонстрации боевых видов магии на этом празднике. Она очень боится за своих студентов. Не знает, что опасности нужно смеяться в лицо.
Он улыбнулся, озвучивая наш детский девиз. Солнце спряталось, и пронизывающий вихрь порывом растрепал его волосы. Где-то хлопнула дверь очередной лавочки, выпуская наружу покупателей. Девушек всё ещё не было.