— Я не знаю, Юна, — девушка пристально посмотрела на меня и вкрадчиво прошептала: — Но кое-кто точно знает. Тот, кто смог подобраться к самим иверийцам.
— Ты говоришь об Ордене Крона? — получилось очень громко, и Фиди шикнула, поэтому я понизила голос до шёпота и придвинулась ближе к ней. — Разве они не опасны?
— Они предлагают свободу, Юна, — глаза Фидерики лихорадочно заблестели. — Свободу! Такую, какую ты сама считаешь правильной. Свободу от королей, императоров и всех этих консулов. Мой отец годами работает в шахте и всё, что добывает, отдаёт королевству. Ему же достаются гроши, которых едва хватает на пропитание семьи. Если бы он забирал все те камни, что добыл, мы бы были богаты!
Дверь распахнулась, и мы с Фиди резко отодвинулись друг от друга, словно занимались чем-то непристойным. В комнату вплыла довольная Сирена, поигрывая моими часиками. Она вся светилась и сгорала от нетерпения рассказать нам о посещении мужского корпуса, поэтому не заметила нашей неловкости. Обсуждать при ней Орден Крона точно не стоило, и мы лишь переглянулись. Я была рада, что теперь у меня появилась сообщница. Сирена же затараторила про мужскую половину академии, про тайную лабораторию Лонима, по её мнению, похожую на чулан с железяками, но больше всего, конечно, про невероятный талант моего друга.
— …совершенно не умеет обращаться с леди, — рассказывала Сирена, — но предложил мне как-нибудь спеть лично для него, а не только для часов Юны. Не знаю, стоит ли мне соглашаться, ведь это похоже на свидание. Не то что бы я никогда раньше на них не была, но обычно мои кавалеры были более галантными.
— Конечно, соглашайся! — Фиди зевнула. — Вы так красиво смотритесь вместе!
Я скривилась и вернула часы на руку. Они вполне мирно тикали, не обнаруживая никаких поломок и изменений. И так же спешили на пять минут, судя по местным часам.
— Правда? — наигранно удивилась Сирена. — Ты это заметила?
— И как всё прошло? — перебила я открывшую было рот Фиди и указала на свои часы.
— О, к нам несколько раз заглядывали разные студенты, приносили куртажики в обмен на какие-то записывающие механизмы. По-моему, они обманывают преподавателей на теоретических экзаменах! Лоним неплохо зарабатывает на своей магии механизмов, я вам скажу! Но я не удивлена: он в этом чертовски хорош. Явно знает, что делает. Если бы нас так часто не беспокоили, возможно…
— Сирена, как мои часы? — настойчиво перевела я разговор в нужное русло.
— Должны работать, — она безразлично пожала плечами. — Настроили ровно на восемь утра. Ну, то есть ты будешь просыпаться в семь пятьдесят пять, но, учитывая твою утреннюю лень, это пойдёт тебе на пользу. Юна, мне надо кое-что у тебя спросить.
Она посерьёзнела, и я внутренне подобралась. Может, она слышала нашу беседу с Фиди? Знает о моих планах? Или выяснила что-то о моей матери?
— У тебя с Лонимом ничего не было? — леди Эстель смотрела очень напряжённо.
— Вот жабьи потроха, Сирена! — выругалась я. — Конечно, нет!
Не знаю, что она имела в виду под «ничего», но я была абсолютно убеждена, что точно ничего из того, что могло бы её заинтересовать. Вряд ли желтопузики и фехтование входили в этот список. На удивление, Сирена сильно смутилась. Это было совсем на неё не похоже.
— Просто вы росли вместе, знаешь, такое бывает, когда…
— Сирена, прекрати! — прервала я подругу.
Я отвернулась и снова взяла книгу, давая понять, что разговор окончен. Она закусила губу и начала укладываться в постель. Мне жутко не нравилось то, что происходило между Лонимом и Сиреной. Совсем не хотелось становиться чужой для них обоих. Я боялась их потерять, ведь у меня больше никого не было.
— Кажется, нам пора спать, — Фиди настороженно переводила взгляд с меня на Сирену.
Она накрылась одеялом, всё ещё не спуская с нас глаз. Я фыркнула и попыталась сосредоточиться на книге. Размашистый почерк едва можно было разобрать. Это было студенческое учебное издание, написанное на самом дешёвом пергаменте. Заголовок гласил: «Начало летоисчисления».
