Пройдя несколько шагов вперед, я понял, что это еще одна дверь из поляризованного стекла. На нем плавали мутные пятна света и неразличимые размытые формы интерьера, находящегося за дверью.
На этот раз была белая пластиковая ручка сбоку. Я потянул ее, и дверь отошла в сторону. Тут же я вскинул автомат. Мгновение… Но на меня ничто не нападало…
За дверью была ОЧЕНЬ СТРАННАЯ КОМНАТА…
Черная фигура в черном бесформенном балахоне… Недвижимая фигура, лица которой не разобрать… А рядом… Рядом с нею примостился толстый горбатый карлик с красной лысиной, длинным носом и чуть заостренными ушами! Наконец я смог его разглядеть в деталях: бородавка на щеке, пустые бегающие глаза олигофрена, беззубый рот, окруженный клочьями бесцветных волос… Рука черной фигуры в черной шелковой перчатке, выступающей из-под свободно ниспадающего рукава, поглаживала карлика за волосатым ухом… Это было отвратительно…
Кажется, оба этих существа не обратили на мое появление ни грамма внимания.
В комнате пахло какими-то пряными и немного приторными благовониями.
Комната была большой, просторной и тускло освещенной. Стены, пол и потолок сделаны из больших древних и абсолютно ровных каменных блоков — примерно как в Призрачной Крепости.
У дальней стены напротив меня было сооружение, напоминающее алтарь языческих культов. Три крупных каменных блока боковыми торцами прилегали к стене, образуя треугольник. Боковые грани его испещряли мелкие узоры, напоминающие не то ацтекские орнаменты, не то контакты электронных плат. Внутри этой конструкции ровно по центру располагался искусно вырезанный из камня символ двух змеев Уроборос в виде восьмерки. На нем тоже были какие-то знаки. Неожиданно в голову пришла запоздалая и немного нелепая мысль, что если совместить изображение девятки и шестерки — получится то же самое: восемь…
По всему полу комнаты причудливым лабиринтом были выставлены ряды свечей, перемежаемые тонкими и дрожащими струйками белесого дыма благовоний.
И вдруг раздался низкий, приятный баритон, исходящий со стороны черной фигуры.
— Приветствую тебя, отважный воин, — проговорил голос. — Я ждал тебя.
Я слегка опустил ствол автомата вниз, но пальца с курка не убрал.
— И вам мир, добрые люди, — вежливо ответил я. — Не знал, что вы меня ждете, а то поторопился бы. Да вот беда — дороги спросить было не у кого.
— Узнаю тебя, — удовлетворенно ответил непонятный темный субъект. — Ты — Странный из долины Маринера, а еще тебя называют «Пастух Глюков».
— Вот уж не думал, что молва обо мне дошла и до ваших отдаленных мест, — ответил я почти без иронии. — А не сочтите за бестактность — не скажете ли мне, кто вы? И почему этот джентльмен на ходулях бежал впереди меня?
— Я, — медленно, с оттяжкой произнес Балахон, — Мастер Иллюзий.
Возникла неловкая пауза: мне совершенно ни о чем не говорил этот звучный титул. И вообще, как всегда некстати, во мне начали бурлить эмоции.
— Я — контрольная точка этой части реальности, — словно поняв мое замешательство, ответил Мастер Иллюзий.
— Ладно, — мотнул я дулом автомата. — Назовите ваше звание и степень принадлежности к объекту или же к «Пантеону»… Ну кто вы там? Майор? Полковник? Генерал? Давайте в открытую… Мне только Ирина нужна, мне все эти ваши чудеса до Фобоса, ясно?
Со стороны Балахона послышался тихий хриплый смех.
— Да чего уж там — яснее не придумать… — проговорил он, посмеиваясь с хрипотцой. Тон его абсолютно сменился — с пафосного и патетического на ехидно-панибратский.
Вдруг я почувствовал, что автомат стал задираться кверху, словно кто-то тянул дуло за тонкую леску. Прицел остановился на черной фигуре, а мой указательный палец на курке напрягся. Я изо всех сил пытался сопротивляться — было ощущение, будто я борюсь в армрестлинг: чья-то невидимая сила пытается сделать то, чего я не хочу…
Я даже вспотел… Прицел остановился на уровне головы темного силуэта.
Я напряг все силы, пытаясь опустить автомат, но не мог. На секунду я вспомнил лицо покойного Йоргена, там, в Призрачной Крепости, когда нас гипнотизировали юварки… Но это… Это было сильнее… Почти так же сильно, как воздействие воли Криса тогда, возле поезда… На секунду мне стало очень страшно… Курок подался на четверть миллиметра назад.
— Давай, не бойся, стреляй, Странный, — почти ласково прошелестел баритон Мастера Иллюзий.
— Ты что это творишь, дядя, — прошипел я сквозь стиснутые зубы. — Я опасный псих, я и выстрелить могу…
— Стреляй, не думай, — прошелестело у меня в ушах, будто Мастер шептал мне в наушник.
— Фиг тебе, шайтан марсианский, — натужно прохрипел я.
— Да не бойся ты, — с заботой в голосе сказал Мастер Иллюзий. — Мне же ничего не будет… Только не попади в Дасти: он уязвим для оружия, несмотря на то что полукровка…
