Мера человек полностью

Расчерченные руническими узорами горы и перевал перед руинами замка сияли, заставляя жмуриться. Сквозь сияние проступали тонкие плети, удерживающие бога тут же, в пределах круга.

Я закрутил головой.

Один, два… Три круга с общим центром. Меня выкинуло за пределы второго контура, и, если поднапрячься, то можно попробовать выйти из зоны магии.

Каэль, что удивительно, смог вырваться из первого круга, но оттуда тянулась тонкая плеть к его ноге, она дёргалась и сжималась, как дуга электроразряда. Тянула его обратно.

Горели и небеса: вместо облаков будто языки пламени кружились над нами.

Бог бился и с коварным серафимом, устроившим западню, и с силой Инфериора, выталкивающего такое могучее существо прочь, и с магической пентаграммой.

Что-то, видимо, пошло не по плану Эзекаила, раз Каэль не желал сдаваться и отчаянно сопротивлялся магии Абсолюта.

— О, великий мой господин! — издевательский хохот Эзекаила разносился над окрестностями, — Есть достойный муж, желающий занять твоё место.

— Падшая грязь, как смеешь ты, четвёртая мера…

— Это ненадолго, Каэль, ненадолго.

Их было прекрасно слышно, голоса у небесных мер были мощными, и эхом прилетали даже от ближайших вершин.

— Эзекаил, кажется, побеждает твоего Каэля, Хали, — отдыхая от титанических усилий, прошептал я.

„Марк. Мы должны помочь! Защитить!“

„Подождём, поднёбыш. Эзекаил сейчас будет перескакивать в меру, можно будет спокойно подойти и свернуть голову“, — спокойно сказал Белиар, — „Двойное удовольствие — и предатель, и ангел.“

„Марк, это демон в твоей душе. Он слишком долго был тут, я чувствую его влияние…“

— Помолчите, — я стиснул зубы, пытаясь подняться на локтях.

Присмотревшись, я приметил тонкие плети, который тянулись и к Эзекаилу. Падший ангел и сам привязал себя к ловушке?

Да откуда же такая слабость-то? Ничего не могу.

Я сразу же попробовал перенастроить зрение. Опасность, тревога, глушение магии… Промелькнула, будто на краю зрения, длинная волнистая линия, уходящая от меня к центру.

„Поднёбыш, насколько я понимаю в этой магии, она качает силу из твоей частицы Абсолюта.“

— Она ещё во мне?

„А куда бы она делась?“ — почти синхронно спросили и ангел, и демон.

— Я же ответил Абсолюту „нет“, — устало сказал я, пытаясь оценить свои повреждения, — Отказался от сделки.

„ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?!“ — гаркнули оба моих подселенца.

„Поднёбыш, ты это… просто… Бездна, да что творится-то с Инфериором сегодня?!“

„Марк, как можно пойти против воли Абсолюта?“

Я послал им мысленную запись нашего последнего разговора. Я всё отлично помнил: и про нашу беседу, и про то, что Абсолют открыл мне память, и про того министра…

„Драит сральник? Даже мы, демоны, не столь жестоки в своих кознях“, — Белиар захохотал.

„Это замечательно, Марк, что ты отказался от мести. Небо всегда ценит благочестивые…“

— Молчим! — я хлопнул ладонью по камню, и это движение отдалось во всём теле, — Всё, минута молчания.

„Кто-то умер?“

— Мой рассудок, — я застонал, — Он ещё жив, но, если вы не будете его жалеть, это ненадолго.

Моё внутреннее чувство пронеслось по организму, чтобы оценить, что случилось.

Спина, нога, рука. Из-за спины я толком не чувствую ног — боль есть, а команды не выполняют. Рука сломана в предплечье, поэтому такая адская боль. А нога… Я обернулся. Нога оставляла кровавый след — какой-то особо острый и тяжёлый кусок камня промял её ниже колена.

Вообще удивительно, что я живой, в сознании. Лежу, наблюдаю за небесной битвой, и веду неспешную беседу со своими мозгами.

„Марк, ты же человек. Высшая мера Инфериора. О, Небеса, мне даже не верится.“

„Милая, это только начало. У нас в планах один из тронов Целесты.“

„Какая я тебе ми… Что?! Целеста? Это святотатство!“

Тихо шифером шурша, крыша едет не спеша.

Я уткнулся лбом в пыль, пытаясь ощутить стихию земли. Такое уже было с демоном, когда он только вселился. Я теперь третья мера, возможностей гораздо больше.

Вот он, демон, слева, над плечом. Некая субстанция, комок красноватой энергии, тесно вплетённый в мою душу.

„Всегда с тобой, мой верный соратник и великий воитель!“

— Ой, иди на хрен, Белиар, — я не сдержал усмешку, так это было не похоже на наглого демона.