Я облегчённо вздохнул, прислонившись затылком к стене и ощущая сканером этажи всего замка. Здравствуй, Инфериор.
Кажется, сюда бежала стража, вибрация гулких шагов отдавала тревогой. Протерев глаза, я опёрся на ладони и встал.
Рагнар дышал. Всё тот же зверь шестой ступени.
— Вижу.
Мой взгляд так и притягивало к клинку над камином. Нет, я знал теперь, что там была ловушка, но наконец понял, что меня смутило. Порода дерева была той самой, не пропускающей стихию.
Шаги и ругань стражников слышались уже через распахнутые двери. Твою-то мать, я не хочу никаких жертв.
Усмехнувшись, я подхватил стул и метнул в доску с клинком. Трафарет рухнул вниз, по комнате разлетелись ещё несколько дротиков, и один из них перехватила моя левая красная рука. Её пальцы замерли, удерживая красную иглу прямо перед носом.
— Ничего, это бы меня не убило, — сказал я, разглядывая золотое сияние на клинке в открывшейся нише.
Ауритовый клинок смотрел на меня из открывшейся ниши, а Хали в голове только и твердила:
Топот ног в коридоре, я уже вижу поблескивающие в полумраке огоньки — мечи и копья тряслись в руках стражников.
В отсвет из комнаты на миг попали лица зверей, я видел их в открытых дверях. Серые Волки, в основном вторые и первые когти, но десятник у них был третий. Всего-то пять воинов…
К счастью, я их не знал, и они меня, видимо, тоже.
— Нет, — я поднял руку в их сторону, — Больше смертей не будет. Силу!
Время замедлилось. Звери неторопливо забегают в комнату, на их лицах начинает отражаться ужас от увиденного: всё раскурочено, и Альфа мёртв. Они видят его поверженного на полу.
В жилы вливается мощь, туда вдруг добавляется ещё струя — Хали тоже делится. Так даже лучше, ведь сила ангела позволит быть более милосердным.
Стихия земли требует заметных усилий, но твёрдые камни в полу вздыбились, оттуда потянулись пики. Появившись прямо под ногами воинов, тупыми концами они бьют зверей, толкая вверх. Удары мощные, слышно, как у некоторых хрустят рёбра.
Сразу четверо подлетают вверх, ударяются о своды, о балки под потолком.
Десятник же успевает увернуться, ему пика попадает вскользь по бедру. Слышен хруст, наверняка сломало. Матёрого воина подкручивает, но он успевает прыгнуть на меня с клинком.
Верный зверь, даже враг-человек его не страшит.
В моей руке клинок Морица, но смертей больше не будет.
Я перехватываю руку с мечом, дёргаю противника на себя, чуть не выдернув конечность из сустава. Бью ему в лицо лбом, одновременно добавляю удар своей мерой, и десятник без сознания отлетает назад.
Время вернулось в обычное русло, и сразу пять тел одновременно свалились возле входа. Улетевшие в потолок юнцы только-только приземлились.
— Серые Волки мне нужны, — ответил я, пытаясь отдышаться, — Вы как?
Пики из твёрдого камня отняли много сил, и я боялся, что мои спутники сейчас отключатся.
Его удивление волной прокатилось по моему разуму.
— Что? — вырвалось у меня.
Я оглядывал тела зверей. Все без сознания, но дышат. Никого не убил, хотя лекарь им понадобится, это точно.
— О чем вы? — я рыкнул раздражённо.
Когда мои спутники грызутся, это одно, но когда они начинают вести такую беседу между собой, не обращая на меня внимания… Это бесило даже больше.
Я посмотрел на красную руку. Усилился?
— Прекрасно слышу, — буркнул я, и в этот момент почуял лёгкую тревогу.
