Мои спутники голосили, перебивая друг друга.
— Я здесь, — я опустил руку, чувствуя, как испарина покрывает лоб.
То ли от камина такой жар, то ли мне стоило таких усилий остановиться. Крылья за моей спиной давно потухли, а посреди комнаты стоял и смотрел на меня совсем другой Рагнар.
Не ноющая размазня, а воин. Он поднял меч, глаза жгли меня ненавистью, и метка захватила уже всё сердце зверя.
— Надо же, — Альфа цыкнул, — Не поддался.
Я ещё раз посмотрел на рукоять. В нос ударил едва уловимый, знакомый запах смерти.
Хали обиженно промолчала. Я понимал её чувства — именно на Огненную Плеть меня чуть не поймали.
Вот только моя ангел сама удивлялась, узнав, что Каэль был человеком, да ещё и убил брата. Старшего брата.
Как и я не знал, кто из братьев старший или младший. Но, видимо, ненависть Аваддона была настолько сильной, что не смог он устоять перед соблазном. Бросил камешек в огород Каэлю.
— Аваддон? — спросил я.
— Как смеешь ты, жалкий поднёбный червь, так обращаться ко мне?
Я усмехнулся. Поднёбный червь… на кого это похоже?
— А как надо? Подзёмыш? — я чувствовал, что играю с огнём, но что-то мне подсказывало, что дьявол ограничен мерой зверя.
Тень прокатилась по стенам комнаты, зверицы застонали, не просыпаясь.
— Владыка! Властелин! — грудь Альфы раздувалась от важности.
Я пожал плечами:
— Извини. Моя хозяйка далеко, служит на фронте.
Рагнар удивился, округлив глаза. А потом прищурился, и я почуял, как коготки чужого внимания пытаются пролезть в меня.
Белиар с Хали сразу выставили защиту, но судя по их сопению, получалось не особо.
— Неужели сильная воля кому-то подчиняется? Неужели отдал свободу?
— А это как я захочу, — ответил я нагло, — От настроения зависит.
Коготки внимания исчезли, и Рагнар с ненавистью выдохнул:
— Жалкая, наглая частица. Это наш мир. Мой мир! Почему Абсолют вечно лезет?
— А я знаю?
— Он получил силу, так пусть катится ко всем нулям.
Я смотрел на Рагнара, раздумывая, возможно ли обезвредить метку. В любом случае, мне выгоднее, если вождь останется в живых. Пусть он идиот, но можно так припугнуть, что это будет полезный идиот.
— Как ты непочтительно отзываешься о нём, — я усмехнулся.
— О ком? — он даже растерялся, — Кто такой этот Абсолют?
Я непроизвольно покосился наверх. Как грохнет сейчас голос Абсолюта, да как сгорит на месте наглый зверь.
А ещё лучше, где-нибудь в Тенебре сгорит дьявол Аваддон.
— Жалкий червь, — Рагнар, кажется, услышал демона, — Предатель. Бездна заберёт тебя навечно, изменник.
— Я решаю, кого ты предал!
И Рагнар разразился ругательствами. Но, кажется, вождь пошатнулся, его глаза на миг подёрнулись дымкой.
— Сраное зверьё, — выругался он, подняв руки и с ненавистью посмотрев на пальцы, — Слабая мера. Даже на бесов не сгодится.
— Что ты хотел, Аваддон?
— Отдай мне демона, и я оставлю тебя в живых.
Я едва сдержал улыбку.
— Нет, демона тебе не видать.
— Думаешь, закрыл его за магией Абсолюта? Я достану и его, и тебя.
— Тысячу раз пробовал.
— Сейчас будет всё по-другому, — Рагнар развёл руки, — Этот Орден падёт, как пали и другие Ордена.
— Ладно, хватит разговоров, — я опустил ладонь на рукоять своего меча.
— Убьёшь вождя, и это приблизит мою победу. Впрочем, я и сам убью его.
Я шагнул к Рагнару.
— Та девчонка, — вождь рассмеялся, — Торопись. Скоро Жёлтого приората не будет.
— Ты про Шмелиный Лес? — небрежно поинтересовался я.
— Зиккураты строятся по всему ордену. Да, где-то приоры ещё держатся, но это лишь вопрос времени, — Рагнар вздохнул, — А вот Жёлтый Приор уже проиграл.
Меня кольнула тревога. Я вспомнил того лысого мага, который ждал меня вместе с мастером Женей.
— Что-то ты болтливый больно, — я скривился, — для того, кто выиграл.
И я шагнул к Альфе. Тот подался вперёд, я на миг сфокусировал внимание на его метке возле сердца. А если перехватить попробовать, силой воли уничтожить её?
Чувство опасности заставило мигом отпрянуть, и мой клинок зазвенел, встретившись с мечом Рагнара. Мы обменялись ещё парой ударов, прыгая по комнате, в руку ощутимо отдавало. Всё-таки, одержимый дьяволом вождь был неимоверно силён.
