Полетт решила, что быть отцом ему очень пойдет. Барти затих, но ложку с новой порцией гороха, подсовываемую матерью, всё равно оттолкнул. Запустив пятернёй в разрезанную на маленькие кусочки котлетку, он начал есть самостоятельно, правда без помощи столовых приборов.
— Я никогда не была такой непоседливой. Вылитый Каспар в детстве, по рассказам миссис Крауч, — оправдалась Чарис, вытирая губы сына салфеткой.
— Не думаю, что с возрастом в нём что-то изменилось, — усмехнулся Абрахас, отодвигая от себя опустевшую тарелку.
— На! — крикнул Барти, протягивая многоуважаемому «бубу дяде» нечто коричнево-розовое, когда-то называвшееся котлетой. — Дядя, на! — повторил мальчик, кроша на рядом сидящую Аврору фарш.
Абрахас благодарно принял угощение и, сделав вид, что съел, незаметно спрятал комок за салфеткой на столе, вызвав нескончаемое умиление у Полетт.
— А вы, Полетт, чем живете и увлекаетесь? — попыталась поддержать светскую беседу Аврора; на безымянном пальце её левой руки красовались два совершенно потрясающих кольца, сверкающих бриллиантами, и Полетт немного неловко спрятала руку с недорогим колечком с искусственным бриллиантом под стол.
— Я экстерном за два года закончила финансовый колледж, хотя увлечением моей жизни всегда был квиддич, благодаря помощи Абрахаса, — поведала она мечтательно. — Родители хотели для меня именно такого образования.
— Ой, я вот летаю не слишком уверенно, — пожаловалась Аврора. — Зато Абрахас был охотником в команде Слизерина.
— Никто и не сомневался, что он продолжит полёты в Хогвартсе. Давно метлу в руки брал?
Абрахас задумался, пригубил немного вина и обратился к обоим девушкам:
— Признаться, я, наверное, уже и не вспомню, как правильно сидеть на метле. Предлагаю как-нибудь полетать всем вместе, тем более, здесь такие чудесные места, — он бросил мимолетный взгляд за окно. — Здесь на протяжении многих миль ни одного поселения магглов, — похоже, что Абрахас действительно заразился этой идеей. — Надеюсь, мне удастся выкроить время из своего графика, — вспомнив о чём-то, он взглянул на часы, слегка нахмурился и встал из-за стола: — Прошу меня извинить, меня ждут дела. Дорогая, вы с Чарис проведите для мадемуазель Бонне более полную экскурсию по Малфой-мэнору и устройте конную прогулку.
— Сами разберемся, — отмахнулась Аврора, получив от супруга поцелуй в щёку, затем заверила его, что с гостьей ничего не случится и за их времяпрепровождение можно не беспокоиться. Полетт приступала к работе только через неделю, поэтому искренне обрадовалась, что поживёт в таком красивом доме ещё добрых несколько дней, прежде чем переехать на съемную квартиру. Чарис с горем пополам уложила Барти спать и оставила под надзором бдительного Майни, заверившего, что в её волнении нет смысла, ведь эльфы — лучшие няньки для детей.
— Тебе самой бы прилечь, — заботливо сказала Аврора, глядя на тёмные круги под её глазами, но получила отрицательный ответ.
Осмотрев свои комнаты, больше похожие на апартаменты в дорогом отеле, Полетт пришла в восторг и с удовольствием отправилась гулять с новыми приятельницами по дворцу, слушая рассказы хозяйки об антикварных предметах мебели, древних напольных вазах, небольших статуэтках и картинах. Аврора прекрасно разбиралась в исторических ценностях, недаром с отличием закончила академию. Историю Малфой-мэнора она поведала со слов Абрахаса, однако о некоторых вещах догадалась сама, проведя анализ с высоты полученных знаний. Полетт могла только представить, каково вести такое внушительное хозяйство. После просмотра конюшен и птичьего двора, находящегося в некотором удалении от главного здания, девушки облюбовали для чаепития ту самую беседку коринфского ордера, мимо которой Абрахас вел гостью к фонтану. Аврора, кажется, не слишком близко общалась с Чарис, но от вечной великосветской скуки они иногда навещали друг друга. Оказалось, что таких вот скучающих замужних дам в их кругу общения довольно много, да и все они были примерно одного возраста, чтобы находить общие темы. Но Аврора, как показалось Полетт, несколько отличалась от своих приятельниц, у неё были действительно грандиозные планы, связанные с профессиональной деятельностью, хотя и садоводство её тоже увлекало, только не декоративное, как могло показаться на первый взгляд — запрятанные в зарослях кустарников ежевики в северной части поместья, были обустроены теплицы с полезными растениями. Она просиживала часы в библиотеке, постоянно посещала заграничные музеи — привычка, обретённая ещё в годы обучения в академии. Откуда она брала время на все свои занятия, оставалось загадкой, однако в финансовых вопросах и бизнесе никогда не принимала участия, считая это занятие сугубо мужским и совершенно ничего не соображая в этих делах.
