— Да ты что?! — поддела она. — Я ищу расслабляхухолей, — пояснила Аврора, не высовываясь, и смачно чихнула, заставив затрястись кусты.
Пытаясь осознать, всё ли в порядке с его слухом, Абрахас подобрался ближе к смородине и сквозь плотные ветви с листьями едва-едва разглядел нечто шевелящееся ярко-желтое, по форме напоминающее шар.
— Что это такое, хоть? — проявил он вежливый интерес, непонимающе наклонив голову набок и наблюдая за движением желтого пятна еще внимательнее.
— О, из отвара крыльев расслабляхухолей можно сделать отличное слабительное, — на полном серьёзе заявил голос из шевелящихся кустов.
Абрахас пожалел свои дорогие брюки и не полез в смородинник, но всё ещё надеялся увидеть то, о чём говорила Аврора, по-прежнему невидимая среди густой листвы. Собравшись с мыслями и решив не уходить от основной темы, крутящейся в голове, он выпрямился и, чуть выдавая свое напряжение, попросил:
— Выйди, пожалуйста, мне нужно с тобой поговорить. Это важно, — в голосе не было тревожных ноток, но нечто неуловимо волнительное всё же ощущалось. — Да и, к тому же, время ужина.
— Ага, сейчас, только помоги мне, дай мне руку, чтобы я встала.
Подобные просьбы обычно не вызывали подозрений, однако на этот раз, чтобы помочь супруге встать, Абрахасу пришлось тянуться через плотную шапку смородины; только спустя секунду к нему пришло осознание странности вполне обычной просьбы, но Аврора тотчас дёрнула его на себя, заставив упасть прямо меж соединенными ветвями кустами на землю.
— Гляди, подкустовый расслабляхухоль! — восторженно закричала Аврора ему на ухо, демонстрируя обычную на вид засохшую палку, поднятую с земли.
— Но это просто старая ветка, — внимательно глядя на предмет, оказавшийся прямо перед его носом, ответил Абрахас, пытаясь найти в нем хоть что-то необычное. — Аврора, из-за тебя я испачкался!
— Это маскировка, он просто напугался, — в голосе послышались странные нотки, будто Аврора задыхалась от нехватки воздуха, но Абрахас всё так же пялился на сухую палочку в её руках. — Абрахас, — но остальные слова потерялись за приступом глухого кашля: — Посмотри же на меня.
Палка, подверженная его внимательному изучению, была отброшена в сторону, взгляд быстро сфокусировался на заднем плане — чуть раскрасневшемся лице Авроры, не сдержавшей приступа хохота. Сидя на корточках, она держалась за живот, а Абрахас непонимающе нахмурился, глядя на её наряд — старая лимонная шапка, которая, как он считал ранее, испарилась неизвестно куда, но точно навсегда, казалось, едва удерживала небрежно начесанные криво торчащие из-под неё платиновые патлы. Ни грамма косметики — лишь бледные брови над привычно отдающими теплом серыми глазами. В волосах её запутались странного вида серёжки, но присмотревшись, Абрахас узнал в них срезанные огуречные попки. Наряд Авроры удивлял великолепием сочетания несочетаемого — поверх серых штанов были натянуты ярко-оранжевые гетры с рисунком, поражающим воображение небывалым зверьем: бобрами с лопатами вместо хвостов, жирафами, покрытыми чешуёй и многочисленными гибридами ярко-зеленых попугайчиков с различной кухонной утварью. Истошно-розовая майка была натянута поверх обыкновенной рубашки с коротким рукавом, а на ногах красовались резиновые шлёпанцы.
— Тебе не жарко? — вылупившись на неё удивленно, озвучил Абрахас подвернувшийся на ум вопрос. — Ты чего это так странно вырядилась… — но сердце уже ёкнуло старинными воспоминаниями, смутными отголосками юности и оставшейся в далёком прошлом Авроры, ярким пятном мчащейся по коридорам Хогвартса в Большой зал, чтобы успеть набрать кусков курицы пожирнее.
Это было так давно, но чувство дежавю заставило Абрахаса забыть о словах, забыть о том, что перед ним находится его супруга и ощутить, как внутри всё скручивает в спираль от ощущения, что он увидел давно потерянного среди круговорота дней, месяцев и лет друга.
— Аврора, ты…
— Думала прогуляться с тобой завтра в Хогсмид, ты ведь не будешь против? — наигранно задумавшись, приложив пальчик к уголку губ, произнесла она. — Но нам задали слишком длинное эссе по трансфигурации, боюсь, придётся просидеть весь день в рэйвенкловской башне.
— Ты чего несешь? — сглотнув, в одной интонации спросил Абрахас; он поправил расстегнутый ворот рубашки, ощутив, что внезапно ему стало слишком душно. Мысль о том, что он сидит на коленях на земле в кустах, похоже, вообще не посещала его голову.
Закатив глаза, Аврора подползла к нему вплотную и по-хозяйски положила его руки себе на талию.
— Просто подыграй мне, Абрахас, это весело, — в её голосе слышался укор, но в то же время, необъяснимое веселье, вводящее его в ступор. — Ты поможешь мне с эссе по трансфигурации? — повторила она просьбу, сделав щенячьи глазки.
— Разве тебе когда-либо нужна была помощь в трансфигурации? — не замечая, как поддаётся на провокацию, ответил он вопросом на вопрос, продолжая таращиться на восставшую из прошлого Аврору Уинтер — странную, но забавную девочку с Рэйвенкло; во рту пересохло от необъяснимого волнения. — Для чего ты это делаешь?
