…После продолжительного чаепития, постепенно превращающегося в традицию, Тому всё-таки удалось заинтересовать толстушку некоторыми вещицами. Для хозяев магазина Хэпзиба Смит была очень ценным покупателем, её вложения, можно сказать, составляли четверть всего дохода, поэтому Риддлу частенько приходилось навещать её, а в последнее время он заглядывал к ней практически каждую неделю. Хэпзиба показала ему то, что он сейчас желал больше всего на свете. Кто бы мог подумать, что у старой коллекционерки с полным отсутствием вкуса найдутся действительно интересные вещи! Том умел располагать к себе, но его поведение в её обществе можно было назвать и вовсе заискивающим после того, как миссис Смит показала ему самые ценные вещи из своей коллекции — чашу Хельги Хаффлпафф и медальон Салазара Слизерина. В последнее время Том только и думал, как заполучить их себе…
Вымотанный очередным чаепитием с отвратительным жасминовым чаем с мармеладками, которые Хэпзиба считала своим долгом скормить ему все до одной, Том вышел на улицу и аппарировал прямиком к двери «Боргин и Беркс», почувствовав легкое несварение от угощений.
— Она готова вести переговоры по серьгам, но тянет время, — без приветствий сообщил Том Боргину.
— Ты же знаешь, что её интерес вовсе не относится к серьгам, Том, — потешался тот, доставая с полки глиняную амфору и рассматривая её донышко. — Ты — настоящий клад, как для неё, так и для нас с Берком, — чем больше Боргин насмехался, тем сильнее злился Том. — Он, кстати, возвращается на следующей неделе. И да, тебя тут искали…
— Надеюсь, не Аврора Уинтер? — бросил Том, вытаскивая из кармана блокнот для записей и кладя его на прилавок. — Я записал требования Хэпзибы Смит, она хочет узнать, когда появятся освященная шерсть единорога.
— Это ей ещё зачем? — Боргин вкинул разделенную небольшим шрамом бровь. — Ладно, Мерлин с ней, главное втюхать ей эти серьги втридорога. Тебя искал молодой мистер Малфой, если тебе интересно, — вернулся к сообщению он. — Ему нужно было что-то передать, но мне он «этого» не доверил. Нечто важное.
Том несказанно удивился, он ожидал посылки уже некоторое время, но не думал, что Луи Малфой попросит передать её своего сына — такого раньше не случалось. Обычно все его послания доставлялись курьерами, доверенными лицами.
— Где он сейчас?
— Он вышел минуты за три до твоего прихода.
— Почему ты сразу не сказал?!
Том выскочил и магазина быстрее, чем хозяин лавки успел открыть рот. Оглядываясь по сторонам, он надеялся, что Абрахас не успел уйти с Лютного переулка или аппарировать. Может, он пошел к нему домой? Надо было Боргина спросить, куда он его отослал! Однако Абрахас и в самом деле не успел уйти далеко, он обнаружился разглядывающим витрину антикварного магазина неподалеку. Тома раздражала его всегда идеально выглаженная рубашка и такие же брюки, он и сам всегда следил за своим внешним видом, но Малфой казался куда опрятнее, хотя опрятнее было уже некуда. Он внимательно рассматривал какую-то вещицу за мутным стеклом под разными углами, словно хотел запомнить каждую деталь. Приглядевшись, Том увидел неизменно лежащую на своем месте безделушку-сову, которую покупатели всегда возвращали, насколько он знал.
— На ней проклятие чахотки.
Но Абрахас даже не вздрогнул от голоса, появившегося рядом Риддла.
— Вот как? Она Авроре очень понравилась, — с досадой ответил он, глядя в расплывчатое отражение Тома в мутной витрине.
— Скажи ей, чтобы не покупала ни в коем случае, — зачем-то попросил тот. — Ты принес посылку?
— Не боишься обсуждать это на улице?
— В отличие от тебя, моей репутации ничего не грозит, — съязвил Том, вставая ближе к нему.
Абрахас усмехнулся, у него не было сил злиться или препираться с ним по мелочам. Риддл в последнее время становился всё противнее, отдалялся от знакомых, поддерживал связь только с Цигнусом, Каспаром и ещё несколькими слизеринцами, выпустившимися из Хогвартса чуть раньше. Недавно они столкнулись возле лавки зелий, Том находился в обществе Йена Розира.
Отец всё ещё сотрудничал с ним, и у Абрахаса были некие подозрения, что именно по этой причине Риддл и устроился в «Боргин и Беркс», получая совсем неплохой заработок. Ничего удивительного, если окажется, что в банке у него уже есть личный сейф. Талант к зарабатыванию денег Луи Малфой узрел сразу же…
Абрахас, внимательно наблюдая за реакцией Риддла, выудил из кармана небольшой бумажный сверток, перетянутый бечевкой, и протянул ему. На миг на лице Тома отразился испуг, он не ожидал, что передача действительно произойдет на улице средь бела дня. Тёмные глаза сверкнули яростью.
— Ты что творишь? — молниеносно схватив сверток, он затолкал его в карман брюк, гневно сверля взглядом отчего-то довольного собой Малфоя.
— А говорил, твоей репутации ничего не грозит.
— Тут авроры ошиваются! Меня, в отличие от тебя, Абрахас, из-под стражи никто не вытащит, благодаря мешочку галеонов, — до Тома вдруг дошло следующее: — Да ты с ума сошёл, это же крест на твоей будущей карьере!
— Плевать, — обронил тот, ни капли не сожалея о неосторожности.
