— Прошу, зовите меня просто Арабелла, — попросила леди Малфой дружелюбно. — Да, красивое, но уж слишком оно похоже на музей, и я совсем его не узнаю с тех пор, как тут сделали ремонт. Я не блуждаю в поисках собственной комнаты только благодаря эльфам, — она задержала взгляд на рубиновом гарнитуре в виде переплетений цветов, украшающем шею Эвелин. — Это Сорбо, не так ли? — с точностью подметила она руку норвежского ювелира, выполнившего это украшение. — Хороший вкус у вас, Эвелин.
— Спасибо, леди Малфой, — Иви прикоснулась к колье пальцами. — Но мне больше нравится то, что делают мастера ювелирной компании Блэков, — она почувствовала, как мать наступила ей на ногу и порадовалась, что сегодня выбрала закрытые туфли.
— Насколько я знаю со слов мужа — компания мистера Поллукса Блэка ещё не заявила о себе на рынке как подобает, однако они подают большие надежды. Я видела каталог выпускаемых ими украшений и могу сказать, что в этом что-то есть. Мне пришлись по вкусу серьги из черного оникса — на удивление, они совсем не утяжеляют образ, несмотря на свой цвет. Боюсь, что они слишком молодёжные для меня, но вам, несомненно, пойдут…
Лаура и Эвелин почувствовали, как им становится легче дышать, похоже, эта леди умела располагать к себе. Абрахас затерялся вместе с отцом где-то среди министерских чиновников и людей с большой буквы, оставив женскую половину двух семей наедине. Где-то вместе с младшими ребятишками носился младший брат Эвелин, доставая всех своими излюбленными темами — драконами и квиддичем. Возле фуршетного стола обосновалась группа слизеринцев — нынешних и бывших сокурсников Иви. Здесь были практически все Блэки, Креббы — брат с сестрой — и даже несколько рэйвенкловцев — Турпин и Мальверс. На удивление, среди приглашенных нашелся и пятикурсник Поттер, но он старался держаться подальше от слизеринцев. Этот приём был устроен с целью более близкого знакомства с известными семьями Британии и их детьми.
— Арабелла, — с улыбкой произнесла миссис Уилкис, — вы всё своё время проводите во Франции?
— Да, хоть я родом из Англии, я не слишком жалую климат Туманного Альбиона, — пожаловалась та, краем глаза продолжая наблюдать за бесконечными разговорами мужа и сына. — Здесь слишком много дождей. Да и Париж не балует погодой в зимнее время, поэтому в это время года я обычно нахожусь в Каннах во втором имении.
Лаура и Эвелин старались не показывать удивления, но в их головах происходила калькуляция относительно недвижимости семьи Малфой. Абрахас упоминал о домике на юге Италии, некогда принадлежавшем его прадеду по отцовской линии. Он говорил, что это простой деревенский дом, но никогда не говорил об имении в Каннах.
— У нас есть небольшое поместье в Перпеньяне, — внезапно заговорила Лаура, стараясь выглядеть не хуже леди Малфой в этом невольном обмене хвастовством. — Мы любим бывать там летом, оно совсем небольшое, но… Если мы продолжим общаться, то я хотела бы пригласить вас..
— Мама, пожалуйста… — недовольно проговорила Иви, глядя на неё.
Такой певучий смех, при этом заразительный и не наигранный… Арабелла осторожно прикрыла рот ладонью в шелковой голубой перчатке, вызвав удивление у собеседниц.
— Абрахас говорил мне, что Луи и ваш муж, Лаура, уже всё распланировали, — леди Малфой повернулась к Иви и обратилась лично к ней: — Эвелин, я думаю, что слова вашей мамы — всего лишь проявление вежливости ради поддержания разговора, не принимайте всё так близко к сердцу.
— Простите, леди Малфой, просто мой отец слегка торопит события, — смущенно произнесла Иви, глядя на эту поразительную женщину с искрящейся улыбкой. Она была такой красивой и в то же время естественной. Макияж практически отсутствовал, а волосы были присобраны сзади и ровными прядями спускались по плечам и спине. Иви никогда бы не дала ей больше тридцати лет. Она была живой, абсолютно не такой как Луи Малфой.
— Это никогда не закончится, — Арабелла покачала головой из стороны в сторону, глядя на мужа и сына в компании министра магии и его заместительницы.
— Что, леди Малфой? — спросила Иви, посмотрев в ту же сторону; она с недовольством отметила, как Абрахас мило улыбается министру и женщине с перекрашенными яркой малиновой помадой губами.
— Бесконечные деловые разговоры и… — вздохнула Арабелла. — Мой муж забыл, что сегодня праздник, и не все пришли сюда обсуждать политику и бизнес, — посетовала она раздосадовано. — Извините, я ненадолго отойду.
Эвелин переглянулась с матерью, когда Арабелла покинула их и отправилась к небольшому подиуму, на котором расположился скрипичный камерный оркестр, тихо игравший какую-то очень печальную мелодию.
— Немного странная она…
— Эвелин! — перебила мать, грозно посмотрев на неё. — Где твои манеры? Что за привычка обсуждать всех?
— Она же не слышит! — возмутилась Иви довольно громко и сразу же притихла, поймав на себе взгляд стоящего неподалёку волшебника в парадной пурпурной мантии. — Я не говорю что странная, просто она…
