Мы подошли к стальной двери, и Стюарт набрал на кодовом замке несколько цифр. Раздался гудок, дверь щелкнула, и Стюарт толкнул ее от себя. Опять пустые комнаты. Отделка не закончена. Десятки голых камер.
Я смотрел то на пустоту, то на Стюарта с пушкой. У него всегда был угрожающий профиль – костистый, острый, как будто ему на пару процентов больше среднего досталось от неандертальца. С годами это проявилось еще сильнее. Его широкие плечи загородили мне вид на следующую комнату.
– Что у вас стряслось, черт возьми?
– Первые несколько лет мы быстро росли, – сказал он. – Пожалуй, слишком быстро. Нам требовалось место, вот я и взял в лизинг это помещение. В какой-то момент у нас было сто тридцать сотрудников.
– И где они теперь?
– Надеюсь, загорают на пляжах. Видит Бог, я им достаточно заплатил.
– Заплатил?
– Выкупил доли. Им до конца дней не придется работать, если сами не захотят. Помнишь Лизу и Дэйва?
– Угу.
В памяти мелькнули два лица. Были парой курсов старше нас, с самого начала работали в команде.
– Оба разорвали контракт и отправились на восток. Далеко на восток.
Я оглядел хаос. Здесь думалось не о раннем выходе на пенсию. Это выглядело массовым исходом. Бегством в спасательных шлюпках.
Я стал припоминать другие имена. Знакомых, с которыми начинал. Попробовал вообразить, как компания разбухла до ста тридцати человек. Пузырь надулся и лопнул.
– Как твоя жена? – спросил я.
– Понятия не имею.
В его голосе не было горечи – простая констатация факта. Как будто я спросил про погоду в день, когда он не выходил из дома.
– Жаль, – сказал я. – Давно?
– Год, может, чуть дольше. Несколько месяцев, как адвокаты все закруглили. Я не доставил им хлопот. Она получила все остальное, а я – вот это. – Он обвел рукой свое запустелое королевство. – А как твоя сестра и мама?
– Сестра хорошо. Мама несколько лет как скончалась. От удара.
– Соболезную. – Он развернулся ко мне лицом. – Послушай, Эрик, мне жаль, что между нами так вышло. Я наговорил всякого… время было трудное.
– Все в порядке.
– Я хотел сказать…
– Серьезно, Стюарт, – перебил я. – Все в порядке.
Я не собирался ковырять подсохшие болячки. Оглянулся, ища, на что перевести разговор.
– Когда вы закрылись?
– Мы не закрылись.
Распознав мое недоумение, Стюарт продолжал:
– А, ты думал…
– Здесь все немножко… через край.
– Можно и так выразиться, – засмеялся он.
– Что случилось?
– Вот… – Он повесил дробовик на плечо и поманил меня за собой. – Давай покажу.
Мы спустились по лестнице.
– Как Сатвик тебя нашел?
– Это нетрудно, – объяснил он. – Он сказал, что разыскал адрес в перечне корпораций. Мы же есть в Сети.
– Он не говорил, что сюда собирается. Ни слова не сказал.
– Друзья всегда сообщают тебе, куда собираются?
– Он и жене не сказал.
Я снова покосился на дробовик. Мне пришло в голову, что передо мной последний из видевших Сатвика. Я решил вернуть разговор к причине моего приезда:
– Ты слышал про компанию «Инграм»?
– Звучит знакомо, но вспомнить не могу.
Я остановился. Вытащил листы и протянул ему.
– А премия «Дискавери» ни о чем не напоминает?
– Ага, теперь вспомнил, – кивнул Стюарт. Просмотрел и вернул мне записки. – Любопытный список.
– Лауреаты прошлых лет.
– Премией ведает «Инграм», да?
Он пошел дальше, и я за ним.
– Они, – ответил я. – Я за тем и приехал. Когда увидел, что их интересуют наши ветвящиеся преобразования.
– Да, они здесь побывали. Четыре года назад, и вышло не лучшим образом. Собственно, странная ситуация. Они заявились целой командой, в костюмах с галстуками, сообщили, что мы в шорт-листе на премию, на которую не претендовали. Задавали много вопросов: над чем мы работаем.
– Шорт-лист?
– Да, и меня это сбило. Кто нас туда внес? Работа у нас закрытая – по крайней мере такой считается. Так и непонятно, где они о нас прослышали. Довольно быстро стало ясно, что премия – отличный предлог, чтобы влезть в работу претендентов.
– Ты о шпионаже?
– Возможно.
– И что дальше?
– Сперва мы поддались, но кое-что я запретил им показывать. Они были недовольны. В конце концов убрались.
Мы вышли с лестничной клетки на пустой этаж и перешли на вторую лестницу в глубине здания. Эта выглядела новой пристройкой – грубая винтовая лесенка сквозь отверстие в полу. Я вслед за Стюартом спустился уровнем ниже. Здесь все было так же.
– Сколько этажей твои?
– Мы сейчас на четвертом. Скупили лизинг у большинства остальных компаний.
– И на всех пусто?
– Ну почти, – кивнул он. – На первом этаже кто-то остался.
– Зачем выкупать этажи, если их не занимаешь?
– Нам нужна была буферная зона.
– Зачем?
– Вот зачем.
Миновав короткий коридор, мы через черную дверь вышли в темную комнату. В ней не было окон – только у дальней стены голубовато светились мониторы и прочая электроника.
– Он пришел точно как ты, – сказал Стюарт. – Твой друг Сатвик. Поднялся на лифте и сам себя представил. Сказал, что знаком с тобой, так что я его выслушал.
– Зачем он приходил? – Мой голос отозвался эхом, и я понял, что помещение намного больше, чем кажется.
Стюарт улыбнулся в слабом сиянии экранов.
– Затем же, зачем и ты, – сказал он, – только он об этом не знал.
