У Мечика были другие заботы. Взрыв разворотил стену. Виднелась кладовка бакалейной лавки, разнесенная взрывной волной. Мечик поднялся на ноги и осмотрелся. Тела Пуонга не было, вероятно, его отбросило в глубину магазина. Заниматься поисками он не мог. Мечик подошел к дверному проему. Стекла витрин лежали в осколках вперемешку с товаром, от больших окон магазина остались решетки. Человека в маске Наполеона не было. Судя по открытой двери, он успел скрыться. На той стороне улицы толпись люди, издалека доносились сирены пожарных. Дожидаться их не стоило. Он нашел рюкзак, который отбросило в стену, нацепил на плечи.
— Уходим…
Катарина уже пришла в себя, стояла и улыбалась.
— Никогда не думала, что самое вкусное — это воздух.
Мечик подхватил ее за руку и повел через пролом в стене. За Ребекку он не беспокоился: такая помощница нигде не пропадет.
Бакалейная лавка лежала в руинах. К счастью, человеческих жертв заметно не было. Мечик прикрыл лицо рукой, как от жара, другой прижал к себе Катарину. Так они выглядели жертвами. И вышли через разбитую дверь. На улице нарочно пригнулся.
— Уходите! Газ взорвался! — крикнул он и спросил тихо: — Идти можешь?
— С тобой — куда угодно…
Они пошли быстро, держась друг за друга. Мечик свернул за угол. Катарина рванулась, он придержал порыв. Нет ничего хуже, чем бежать навстречу несущимся полицейским машинам. Надо идти ровно. Катарина покорилась, старательно изображая спокойную девушку. Только до боли вцепилась ему в локоть. Вдруг она потянула в арку ближнего дома. Мечик поддался. Там было пусто.
Тяжело дыша, Катарина прыгнула ему на живот обезьянкой, сжала ноги за спиной.
— Мы живы! Ты опять меня спас! Хочу прямо здесь! Прямо сейчас! Плевать на все! В усах ты неотразим! — Она укусила его за мочку уха и нежно провела по ней кончиком языка.
Мечик сжал ее. Катарина дернула молнию на его ширинке, Мечик повиновался, не выпуская Катарину из рук, прижал к стене. Катарина застонала, подставляя выгнутую шею его губам. Он стал целовать нежную, теплую кожу. Катарина подпрыгивала, мощными толчками ударяясь о живот, крепче вжимаясь в него. Мечик был беззащитен, потерял счет времени. Катарина ускорила темп до скачки, прыгала и надрывно повизгивала. Мечик терпел, сколько мог, пока не взорвался. Застонал. Катарина замерла, впилась зубками в его скулу. Изогнулась, выдохнула и, разжав зубы, прошептала:
— Милый…
В арку вошла пожилая венгерка с сумками. Заметив парочку, фыркнула и отвернулась.
— Какой позор! До чего мы докатились!
Щека Катарины прижалась к его плечу.
— Это любовь, госпожа! Хорошего вам дня! — крикнула она вслед женщине. Та не оглянулась, пробурчав ругательства.
— Ты не устал?
В другой день Мечику хватило бы сил на большее.
— Неудобно, люди ходят… — он поцеловал ее за ушком.
Катарина вздрогнула, шлепнула его по груди и соскочила.
— Все испортил…
Мечик отвернулся, чтобы застегнуть молнию.
— Ты что, меня стесняешься? — Катарина нарочно подтянула юбку, показывая, как поправляет кружева трусиков. — Мы только что чуть не умерли! Ты только что кончил в меня и стесняешься?!
Он сорвал усы и спрятал их в карман. Очки, тирольская шапочка и карта пропали. Главное — рюкзак был за плечами.
— Ну, не в таком же месте…
Катарина опустила юбку и прижалась к нему.
— С тобой я могу в любом месте. Хочешь, сделаем это на площади Героев?
Она стала жадно и больно целовать его губы. Сзади кто-то кашлянул. Мечик оторвал от себя Катарину.
— Вы закончили?
Ребекка смотрела на них с полным равнодушием. Нельзя ожидать сильных эмоций от девушки с татуировкой маори. Даже если она только что чуть не задохнулась в запертом сейфе. Ребекка протянула Мечику железную коробку с торчащими из нее контактами.
— Ты опять забыл жесткий диск, шеф.
Это был большой подарок. Не хватало, чтобы его лицо рассматривала полиция.
— Спасибо, ты больше мне ничего не должна… — сказал Мечик.
— С тобой приятно работать, испанец.
— С чего ты взяла?
— Ты находишь выход из любой ситуации.
— С тобой тоже… приятно. На тебя можно положиться.
— Увидимся, шеф.
Ребекка махнула ладошкой и скрылась за углом арки. Катарина кусала губки.
— Кто она? Твоя любовница? Ты с ней спишь?
Мечик попытался обнять ее, но Катарина оттолкнула его.
— Какие вы мерзкие!
— Успокойся, это мой… Мой сотрудник.
За это получил удар сумкой. От страха смерти до жгучей ревности один шаг. Мечик достал часы из рюкзака. Он опоздал. Все надо начинать сначала.
Из сумки раздался телефонный звонок. Катарина сделала изумленные глаза.
— Надо же, я и не заметила…
У Мечика не было сил ругать ее.
— Ответь.
— Ты уверен?
— Вдруг Ференц хочет узнать, как нам понравилась его шутка.
То, что случилось, мало назвать «не понравилось». Вагнёр пребывал в растерянности. Чего с ним не бывало никогда. Он сидел в арендованном «Форде», припаркованном за квартал от ломбарда, и не мог прийти в себя. Раненую руку ломило от боли. Лицо было разбито, одежда в пыли и порвана. Это сущие пустяки. Он не мог вспомнить главного.
