Лена давно не слышала, чтобы Леон столько говорил. Видимо, теперь он жаждал разгадать загадку «практически кристально чистого» ноутбука Бергендорфа не меньше нее.
– Спасибо, Леон. Звучит просто отлично. А, у меня еще одна просьба.
Ответа не последовало. Сначала Лена подумала, что Леон отсоединился, но потом услышала мученический стон. Лена назвала клинику, в которой лечился Флориан Мюллер, и попросила отыскать медицинские записи.
– Мне понадобится время – дня два, может, три. Ты готова подождать?
– Да, эти сведения могут оказаться важными.
– Будем надеяться, – сказал Леон и отключил связь.
Лена закрыла ноутбук, подошла к комнате Йохана и постучала. Послышалось тихое «войдите».
– Я кое-что узнала, – распахнув дверь, объявила Лена и рассказала, что Изабель Мюллер внезапно уволилась с прошлой работы и что Сабина Болен находилась в психиатрической клинике.
Внимательно выслушав, Йохан ответил:
– Ты же понимаешь, что мы не сможем использовать эту информацию официально?
Судя по голосу, от методов Лены он был не в восторге.
– У нас нет ни времени, ни людей, вот и приходится подходить к вопросу с фантазией.
– Согласен, но если мы не сможем использовать эту информацию в суде, потому что она была получена незаконным путем, то какой от нее прок?
– Время покажет, – отозвалась Лена. – Сейчас я отчитаюсь начальнику и буду отдыхать, чего и тебе советую.
Ответив на звонок, Варнке вежливо поздоровался и спросил:
– Как ваши успехи?
– Мы взбаламутили это болото.
Лена вкратце рассказала о том, что сегодня узнала, и попросила дать Бену полномочия допросить Анну Бауэр. Потом осведомилась, есть ли новости из Института тропической медицины, на что получила такой же ответ, что и вчера. Закончила она словами:
– Мне срочно нужна детализация звонков.
– Возникли кое-какие трудности. Надеюсь, завтра данные будут у меня.
Лена никогда не слышала, чтобы Варнке признавался в том, что у него трудности. Он был настолько деятельным, что, казалось, препятствий для него не существовало.
– Эти трудности – старший прокурор Любберс? – спросила Лена, озвучивая неожиданную догадку.
Варнке некоторое время молча сопел в трубку, что было ему тоже совсем не свойственно, а потом ответил:
– Как я уже сказал, надеюсь, завтра они будут у меня.
– Понятно… – отозвалась Лена, пытаясь осмыслить полученную информацию. – Других трудностей нет?
– Будьте осторожны, – попросил Варнке и отсоединился.
– Что это сейчас было? – пробормотала Лена, бросив телефон на кровать.
И снова это тошнотворное чувство, которое маячило на задворках сознания с тех пор, как Варнке поручил ей это дело. Лена утвердилась в подозрении, что влезла в нечто большее, чем простое убийство. Она легла на кровать, прокручивая в голове разговор с Бергендорфом. Ей редко доводилось иметь дело с такими скользкими типами. Бергендорф настолько мастерски контролировал мимику и язык тела, что его было трудно раскусить. Проблема в том, что они почти ничего не знают об этом человеке. У них есть разве что письмо, которое незаконно нашел Леон… Бергендорф мог запросто захлопнуть дверь у Лены перед носом. Почему он этого не сделал? Он хотел узнать, какой информацией располагает противник? Хотел познакомиться с ней и оценить, на что она способна? А может, Лена ищет черную кошку в темной комнате? К счастью, Леону удалось взломать его компьютер. Теперь остается надеяться на то, что Бергендорф допустит ошибку.
Схватив телефон, Лена позвонила Энно Айльцу.
– Извини, что снова беспокою, – сказала она после того, как они обменялись приветствиями.
– Ничего страшного, Лена. У тебя есть новости?
Лена рассказала о происходящем, ничего не утаивая. Она уже давно призналась бывшему начальнику, что прибегает к помощи Леона.
– Очень надеюсь, что этот гений тебя не погубит, – обеспокоенно сказал Энно. – Потому что в противном случае я уже ничем не смогу тебе помочь.
– Знаю, Энно. Но сейчас я не вижу другого выхода. Что ты знаешь о старшем прокуроре Любберсе? Я никогда с ним не общалась.
– О, Любберс – тот еще фрукт. Обходи его по широкой дуге. Он вот-вот пойдет на повышение и сменит старика Бергера. Я всегда терпеть не мог этого Любберса, не спрашивай, почему. К счастью, мне не часто приходилось с ним общаться. Почему ты им интересуешься?
– Бергендорф упомянул его на прощание. Видимо, в качестве угрозы.
– Они – два сапога пара. Именно таких людей любит собирать вокруг себя Любберс. Богатых и, самое главное, влиятельных. Будь осторожна, Лена, очень тебя прошу!
– Знал бы ты, сколько раз я уже слышала эту фразу… – со вздохом ответила Лена.
