– Не знаю, знаете ли вы меня или нет.
Лена подошла к Любберсу и показала ему удостоверение. Тот взглянул на него и спросил:
– Что вы здесь делаете? Это частный дом моего друга, Герберта Бергендорфа! Предъявите ордер.
– Присаживайтесь. Наш разговор может затянуться.
– Нет, не может. Где господин Бергендорф? – Любберс говорил надменным тоном, который любят использовать начальники, отсчитывая нерадивых подчиненных. – Я ухожу отсюда. Готовьтесь к тому, что завтра вам придется искать новую работу.
С этими словами Любберс резко повернулся, распахнул дверь в коридор, увидел на пороге двух полицейских и… медленно закрыл ее.
– Вы что, совсем спятили? Ваше начальство знает о том, что вы вытворяете?
– Не могли бы вы дать мне свой мобильный телефон? – Лена протянула вперед раскрытую руку. – Пожалуйста. Мне бы очень не хотелось вас принуждать. – Она выразительно взглянула на дверь.
– Возьмите, но учтите, что я отдаю вам телефон под принуждением. Немедленно объясните, что здесь происходит.
– Присаживайтесь, – повторила Лена.
– Обещаю, вы еще пожалеете об этом.
Любберс снял пальто, аккуратно сложил и повесил на спинку стула. Потом сел. Лена положила перед ним распечатку переписки и подождала, пока он ее просмотрит.
– Что это? – процедил он.
– В соседней комнате находится господин Рамке, его сейчас допрашивают. Уверена, он согласится дать против вас показания в обмен на смягчение приговора. Это всего лишь вопрос времени. Я оставлю вас на минутку. – Лена поднялась, распахнула дверь и поманила внутрь двоих полицейских, которые ждали в коридоре. – Эти господа за вами присмотрят.
Пройдя на кухню, она позвонила Варнке и сообщила личные данные Алоиса Рамке.
– А второй – это старший прокурор Любберс.
– Я запрошу ордер на обыск их домов. Переписка из чата, их появление у Бергендорфа… этого должно хватить.
– Я дам вам знать, если что-нибудь узнаю.
– Да, будьте так добры.
Лена вернулась в гостиную и подождала, пока полицейские уйдут.
– Долго вы собираетесь продолжать этот цирк? – осведомился Любберс. – Вы и без меня знаете, сколько законов уже нарушили.
– Господин Любберс, я задерживаю вас до выяснения дальнейших обстоятельств. – Лена зачитала Любберсу его права и сказала: – Давайте поговорим серьезно. Вам прекрасно известно, что будет дальше. В эту самую минуту судья оформляет ордер на обыск вашего дома и офиса. Полиция будет там не позднее чем через полчаса.
– Вы спятили. Я засужу вас по полной. Вы хоть понимаете, что путь в полицию теперь для вас закрыт? И вам еще очень повезет, если обойдется без ареста!
– Господин Любберс, – тихо, но твердо начала Лена. – У меня есть полномочия заключить с вами сделку в обмен на дачу показаний против ваших пособников. Смотрите. – Она указала на распечатку. – Из этой переписки видно, что вы главный в группе.
– Вы сошли с ума!
– А вы – бессердечный насильник! – сердито крикнула Лена. – Все кончено! Хотите – используйте свой последний шанс, хотите – не используйте! Мы докажем каждое ваше преступление, и вы на долгие годы попадете за решетку! Знаете, что вас там ждет? Я знаю!
– Вы правда думаете, что сможете меня убедить этим глупым спектаклем? Ваши слова – пустая болтовня, не более.
Лена почувствовала, как завибрировал ее телефон, взглянула на экран и улыбнулась.
– Как скажете. Это ваша жизнь, вам решать. Знаете, один из моих бывших коллег уже год как в тюрьме. Вы наверняка слышали об его деле. Он брал взятки, запугивал свидетелей и сообщал преступникам о действиях полиции. Его отправили отбывать наказание во Фленсбург, чтобы он случайно не оказался в одной камере с теми, кого собственноручно туда засадил, но… в тюрьме на него все равно напали. Парень чудом выжил. Рассказать вам, что именно случилось?
Телефон Лены снова завибрировал. Прочитав сообщение, она встала и направилась к двери.
– Ваш дружок Рамке изъявил желание поговорить со мной. Я скоро вернусь.
В коридоре она встретила Йохана, они заранее договорились, обмениваться сообщениями.
– Прогресс есть?
– Ни малейшего, – вздохнул Йохан. – Кажется, Рамке уверен, что у нас ничего нет. Но он очень напрягся, когда я вышел из комнаты.
– А вот Любберс – ни капельки. Скорее всего, Рамке расколется первым.
– Как долго мы их здесь продержим?
– Всю ночь, если придется. Нам нужен результат.
– Хорошо. Тогда в бой.
Вернувшись в гостиную, Лена села напротив к Любберса и принялась ждать. Минут через десять тот прочистил горло и спросил:
– Что дальше, госпожа старший комиссар?
– Мы ждем.
– И чего же, раскройте секрет.
– Когда отправится первый паром. Мои люди приехали на машинах, поэтому отправлять вас на вертолете – не вариант.
– В чем именно вы меня обвиняете? В том, что я хотел навестить старого друга, который здесь живет? Вы ведь не всерьез.
«Ну наконец-то», – ликующе подумала Лена, но ничем не выдала своих чувств.
– Когда вы в последний раз разговаривали со своим другом?
– Вчера. Мы договорились о встрече.
– Во сколько вы разговаривали? Ну, примерно.
– Ближе к вечеру.
