Должно быть, та женщина приходила, когда я спала. Она умеет ползать очень незаметно. Я вся в нитях паутины. Я их не вижу, но чувствую. Они липкие, клейкие и влажные от паучьей слизи. Вся паутина словно усыпана жемчугом — наверное, это яйца. Яйца «кукольных» пауков. Хе, хе. Какую картину это вызывает? Но я знаю, что это правда. Истинная правда. Они там ходят и ползают на всех этих ногах.
Думают, я не знаю?
Да, я проснулась вся в паутине.
Когда я ходила по каюте, паутина была повсюду. Представьте, каково натыкаться на паутину лицом… а тут их были миллиарды.
Тише. Они там… женщина и «кукольный» ребенок. Слышите, как они ползут? У них тысячи ног.
Я знаю, что они затевают.
Знаю, что она затевает.
Подползают и смотрят сквозь дыры в стенах.
Думает, я не слышу, как она шепчет те непристойности?
Март
«Кукольный» паучок плачет.
Плачет в коридоре и ползает на своих длинных черных ногах. Он голоден. Он хочет молока. Он сосет молоко из тех штук, закутанных в паутину под потолком.
Я слышу, как он кормится по ночам.
Он хочет покормиться мной, этот маленький «кукольный» паучок. Я увидела его сквозь дыру в стене, а он увидел меня. У него много глаз, и они все черные.
Ему нужно кормиться.
Я дам ему покормиться мной, этому сладенькому злому «кукольному» паучку. Да, да, да. Он царапает мой голый животик. Этот паучок весь волосатый, пухленький, и он гукает. Я дам ему покормиться моей грудью. У него очень острые зубы. И рот, полный слизи.
Сосет и сосет.
Прикосновение его языка заставляет меня кричать. Мне нравиться кричать.
Март (?)
Ползает в коридоре.
Я слышу, как она ползает даже сейчас.
У нее уже не один ребенок, и у всех много ног. Тысячи ползучих ног.
У меня всего две.
Но у меня десять пальцев.
Я могу заставить их ползать.
Вижу, как они ползают.
По стенам, по лицам.
Мои любимые паучьи ножки, я вижу, как они ползают.
27 марта
Я ползаю по стенам.
Роберту это не нравится.
Не нравится, что я опутана паутиной.
В паутине есть вкусные штучки.
У меня много ног, с помощью которых я ползаю по стенам, по полу, и под шкафами.
Это очень весело.
Лицо моего любовника, кишащее мухами и ухмыляющееся, мягкое и сочное, со следами зубов, сквозь которые проглядывает белая кость. Своими поцелуями я раскрашиваю ему лицо. Оно сладкое на вкус. В этом сером коконе паутины, который я сплела для него, он в безопасности.
Он не достанется ей.
Я охотилась на нее и ее многоногих детей, ибо я — королева. Я ем детей желтыми щелкающими зубами. Я ем паучьих детей. Их мясо богато на вкус. Их кровь бурая, как подливка, холодная подливка.
