Это было жестоко с его стороны, но он не стал брать свои слова назад. Даже не собирался. Вместо этого он вытащил что-то из висящего у него на боку вещмешка. Бутылка «Джека Дэниелса». Он бросил ее Джорджу.
— Похоже, парни, вам нужно вот это.
У Джорджа загорелись глаза. Он сорвал печать, отвинтил крышку и сделал большой глоток. Поллард едва не упал с дивана, метнувшись к бутылке.
Отхлебнув, он лишь покачал головой.
— Гребаная цивилизация, — сказал он. Виски, видимо, дало ему то, что ему давно не хватало.
Кушинг улыбнулся, вытащил из сумки пачку сигарет.
— Вот, Джордж. Говорят, что вредно для здоровья, ну и хрен с ним.
У Джорджа загорелись глаза.
— Сигареты? Не врешь? Моя пагубная привычка говорит тебе «спасибо».
Закурив, он улыбнулся.
— О, детка, о, да.
— Чертов наркоман, — сказал Поллард. Он взял пачку и тоже закурил. — Я хотел бросить… но теперь не вижу смысла.
— Где Элизабет? — спросил Джордж, выдыхая дым. — Тетушка Эльза уже чуть не обвинила меня в похищении.
— Сейчас придет, — сказал Кушинг. Он склонил голову на бок. — Вы ни за что не поверите, что она нашла.
Раздались шаги по лестнице, и Элизабет вошла в каюту. Она едва заметно улыбнулась Полларду, а Джорджа одарила уже привычным «испепеляющим» взглядом. Тот подмигнул ей. Возможно, он и особенно его рот ей не нравились, как он догадывался, но она понимала его. Отлично понимала. Она отступила в сторону, и у нее из-за спины появились четверо мужчин.
— Господи Иисусе! — воскликнул Джордж, вскочив на ноги. — Не могу… срань господня!
Поллард тоже встал.
У обоих был вид, будто они увидели призраков.
Только это оказались не призраки, а Менхаус, Фабрини, Сакс и Крайчек. Для всех это было как запуск праздничного шара в новогоднюю ночь.
Сакс криво усмехнулся.
— Что ж, не могу сказать, что удивлен, Джордж. Я подозревал, что вы с Кушингом тайные любовники.
Эти слова вызвали у Джорджа смех. Казалось, он не мог остановиться.
— Ага, — выдохнул он, — но мы все время думали о тебе, Сакс.
— Черт, — воскликнул тот.
Джордж и Фабрини обменялись теплым рукопожатием. Фабрини явно был рад встрече, у него в глазах стояли слезы. А Менхаус? Все тот же старина Менхаус. Заметно похудевший, на лице добавилось морщин… но все тот же старина Менхаус.
— Веселый Олли, — воскликнул Джордж, и они обнялись, похлопав друг друга по спине.
— Боже, как я рад видеть вас, парни.
— Рад нас видеть? — рассмеялся Менхаус. — Черт, после… сколько уже? После недели с Саксом? Нам определенно нужно немного человеческого общества.
Фабрини усмехнулся.
Даже Сакс рассмеялся.
— И это после всего, что я для тебя сделал.
— Или ты хотел сказать,
— Поцелуй меня в зад, Фабрини.
В воздухе повисло напряжение, но когда бутылка пошла по кругу, оно постепенно спало. Шутки и подколки разнеслись, как микробы простуды. Кушинг был немногословен, хотя он много чего хотел им рассказать. Еще не время. Особенно сейчас. Пока они еще не освоились.
Элизабет просто стояла в стороне. Она явно чувствовала себя некомфортно, словно попала в мужской клуб. Их сальности, колкости, и в целом грубоватый язык удивляли ее и отталкивали.
Кушинг догадывался, что она просто не привыкла к такому, но с этой компанией у нее появился шанс. Это уж точно. Фабрини не отводил от нее глаз, словно не верил, что здесь можно встретить женщину. Но всякий раз, когда она смотрела в его сторону, он отводил взгляд, как застенчивый школьник. С Саксом все было иначе. Он пожирал ее глазами, словно кусок мяса с гриля. Словно хотел засунуть яблоко ей в рот, и отрезать себе кусочек. Она это тоже заметила. Сложно было не заметить. По ее взгляду Кушинг понял, что Саксу повезло, что у нее в руках нет пистолета.
Постепенно разговор перешел на более серьезные темы.
Пришло время признаний. Что случилось и с кем. И кто что делал, когда корабль пошел ко дну. Тут, казалось, заговорили все сразу.
— Сольц? — спросил Менхаус.
Джордж лишь покачал головой. — Нет. А что с Куком?
На этот раз Менхаус покачал головой.
Поллард рассказывал Крайчеку про их товарищей.
— Да, Маркс… главный инженер. Кальмар убил его, и Гослинга тоже.
— Первого тоже? Вот, черт, — воскликнул Крайчек. — Только не Первый, только не Первый.
Джордж обрисовал в общих чертах, что случилось с Гослингом, а Крайчек рассказал о незнакомом ему парне по имени Хапп. Кто бы это ни был, Джордж видел, что Крайчек скорбит по нему так же, как он скорбел по Марксу и Гослингу.
Сакс, казалось, был единственным, кого это все никак не трогало.
Он проявлял странное спокойствие. Возможно, потому, что уже что-то замышлял. Гослинг определенно встал бы у него на пути, но сейчас? Наверное, есть еще надежда обуздать эту шайку.
В целом, разговор имел мрачный оттенок. Все они пережили бесчисленные ужасы этого заросшего водорослями моря. И по тону их историй чувствовалось, что они прекрасно понимают, что для них еще ничего не кончилось.
Когда, наконец, в этом импровизированном конкурсе страшных рассказов наступил перерыв, Элизабет объявила:
— Мужчины, вы, должно быть, проголодались. Я принесу вам немного еды. Поможете мне, мистер Кушинг?
