Это говорило о многом. Возможно, будь он по-младше на пару десятков лет, то мы бы стали друзьями или чем-то большим. А может, что скорее всего этим и является, я просто вновь ищу как связать двух совершенно чужих друг для друга людей.
Вот и сейчас, мужчина просто подошёл сказать, что нельзя лезть куда попало, а я уже решила как назову нашего первенца.
— Будь осторожна. Днём сила магов ослабевает в разы. Хотя… я думаю тебе это уже рассказывали.
Ну вот! О чем я и подумала.
Жаль только, что и он в ту же степь побрел. Ещё бы про Деймос с Фобосом начал говорить. По какой-то причине я думала, что он не такой как эти ненормальные. Возможно поэтому я вскочила на ноги и закричала, что есть мочи:
— Да что здесь вообще происходит?! Какая к чертовой матери магия? Вы все сектанты что-ли?!
Воздух резко закончился и я остановилась. Тихо опустилась на лавочку, устало положив голову на сложенные на коленях руки.
Наконец, я выплеснула все своё негодование, накопившееся за небольшое количество времени. Жаль только в ненужном месте и в ненужное время. Да и собеседник не тот.
— И если мой дорогой папаша пытается так меня впечатлить, то у него ничего не выйдет! Я не останусь в этом чертовом месте ещё ни минуты!
Я уверенно поднялась, одернула ночнушку и направилась в сторону ворот. О чем я думала, шагая к запертому входу без денег, полураздетая и совершенно опустошенная внутри? Скорее всего большую роль сыграло последнее, так что никаких эмоций больше не осталось. В душе все вытеснила ярость и подростковый максимализм, даже логика спряталась в укромный уголок и боялась высунуть нос из своего убежища.
Плотно закрытые ворота содрогнулись, по земле прошла ощутимая вибрация, которая заставила меня замереть на месте. Взвыла сирена, вынудив зажать уши ладонями, в панике оглядываясь по сторонам. Что происходит?
Мужчина все так же расслабленно сидел на лавочке, на этот раз пристально всматриваясь куда-то выше арки. Лично я там ничего не заметила. Однако, представляла того, кто мог настолько сильно стучать по громадным входным дверям.
Что-то внутри меня содрогнулось, и я резвым козликом поскакала обратно на относительно отдалённую лавочку. Не сказала бы, что расстояние давало мне ощущение безопасности, скорее уж это делало ледяное спокойствие моего спасителя. Искренне надеюсь, что и в этой ситуации он если не спасет, то хотя бы соберёт кусочки моей шкурки.
— Я передумала! — пропищала я, плюхнувшись рядом с мужчиной и пронаблюдав, как от очередного удара подскакивают камушки на дорожках.
Собеседник взглянул на меня, ласково улыбнулся и неожиданно убрал упавшую мне на лоб прядку. Я замерла от настолько странного действия с его стороны. Но не отодвинулась и ничего не сказала, что было удивительно. Никогда не позволяла кому-то трогать себя настольно «интимно». Но по какой-то малопонятной мне самой причине, это показалось мне правильным, мол "так и должно быть". Это уже даже не настораживало, а пугало. Я со сто процентной вероятностью могла сказать, что он был мне приятен, но не настолько, чтобы в прямом смысле этого слова влюбиться в него по уши. Однако мы вновь сидели и смотрели друг другу в глаза, не отрываясь.
На фоне какое-то неведомое природе существо явно гигантских размеров прорывалось сквозь единственный оплот защиты замка. Думаю, что когда этот монстр придёт нас есть, ему придётся расталкивать меня, чтобы я на него отреагировала.
Очередной удар и бабах на всю долину.
— Живо в башню! — заорал мне папочка, выскочив в сад.
И когда он успел возникнуть совсем рядом? Ну, хоть смог отвлечь меня от "залипания". И на том спасибо. Будто в подтверждение моим мыслям мужчина напротив прикрыл глаза, словно пытаясь отгородиться. Спасибо, что хоть головой не потряс. Радовало только то, что "кошмарит" не одну меня. Ну, или я опять страдаю глупыми догадками.
Одет папандр был в махровый халат и плоские зеленые тапки, что вызвали у мало чего понимающей меня приступ хохота.
Мой "завтрашний муж" никак не отреагировал на мои тихие хрюки, холодным взглядом гипнотизируя Вильгельма, что медленным напряженным шагом шел к выходу.
Интересным, по моему мнению, было то, что тот, кто стоял снаружи не мог просто открыть ворота, в то время как я беспрепятственно вошла сюда минут двадцать назад.
Грохот, от которого заложило уши, заставил меня вздрогнуть. Сперва упала первая створка, затем вторая с жутким скрежетом проехала по каменной дорожке, оставляя глубокие борозды. Ещё минуту в воздухе держалась стена пыли, сквозь которую ничего не было видно.
Вильгельм потрясенно взирал на кусок узорчатого дерева, что долетел до носков его тапочек и теперь одиноко лежал в отдалении от основной массы. Я переводила взгляд с отца на плотную пылевую завесу, сквозь которую уже можно было увидеть очертания человеческой фигуры.
